Перейти к основному содержанию

22:40 09.12.2022

Специальная военная операция: вчера и сегодня

17.11.2022 13:50:45

А. Простокишин: - Доброго дня, дорогие радиослушатели. Представлю наших гостей. Трижды генерал (генерал-майор ФСБ, генерал-лейтенант МВД, генерал-лейтенант ФСКН), руководитель Центрального исполкома Общероссийской общественной организации «Россия», член Союза писателей России, лауреат премии имени К. Симонова и В. Пикуля - Александр Георгиевич Михайлов. И главный редактор журнала «Отечественные записки» Сергей Владимирович Шулов.

Тема нашей беседы - специальная военная операция на Украине. Мне посчастливилось с Александром Георгиевичем вместе служить. Вас многие знают, как прекрасного аналитика. И Вы стоите во главе огромной команды, но, говорят, офицеров не хватает.

А. Михайлов:  - У нас хватает.

А. Простокишин: - Это потенциал! Мастера своего дела. Я недавно ознакомился с Вашим анализом ситуации. Вы описываете уязвимые места железнодорожной инфраструктуры Украины и последствия, которые могут наступить, если ее нарушить. Мне очень понравилось, интересно. Дееспособность войск на фронте и в предфронтовой зоне во многом сохраняется высокой, если существует вся эта инфраструктура, но если хоть что-то нарушить, последствия будут весомые. Что обеспечивает эта система? Пополнение боеприпасов, ГСМ, боевой техники, возможный ее ремонт без эвакуации, эвакуация раненых и пополнение личного состава, обеспечение медикаментами, продовольствием, обмундированием. Мы сегодня видим, что действия наших вооруженных сил правильные. Последнее время идет системная работа. Предлагаю вспомнить карту боевых действий марта этого года и сравнить ее с сегодняшним днем. Почему не применялось военное искусство весной и летом этого года? Инициатива была отдана противнику. Связано ли это с отсутствием специалистов в штабах? Может быть, это неспособность принять решение? Или замалчивание информации или искажение? Безалаберность чья-то? Можно было обойтись силами и средствами, которыми располагали участники специальной операции на начальном этапе или априори предусматривалась мобилизация? Мы оказались не готовы к классической мобилизации, о которой мы знали из кино и хроникальных кинокадров, литературы, руководству страны пришлось лично вмешиваться в эти процессы.

А. Михайлов:  - Столько вопросов! Начну издалека. Все, что произошло с Украиной в последние лет 20 с хвостиком, свидетельство того, что мы никогда ее не воспринимали как субъект международного права. У нас было огромное количества друзей, родственников, мы ездили туда, как хотели, считали, что этот временный развод приведет к тому, что мы объединимся и будем жить мирно, пить горилку и закусывать салом. Поэтому все, что связано с внешней политикой в отношении с Украиной, формировалось по остаточному принципу. Даже послы туда отправлялись не пойми какие. Зурабов, например, которого списали из Минсоцразвития. Это тоже остаточный принцип - хуже не будет. А Украина развивалась, осознавала свое если не величие, то свою суверенность. Она уже хотела войти в Европу, их активно туда втягивали. И это был стратегический просчет нашей внешней политики. Когда мы начинали эту операцию, думаю, был тоже серьезный просчет. Как в фильме «Экипаж» - оставаться нельзя, взлетать невозможно - будем взлетать. И взлетели. Скорее всего, ощущения были такие, что мы придем, и нас с тортом киевским встретят и будут нас целовать, потому что мы пришли и освободили их от нацистов. А нацисты стали не аномалией, но нормой для Украины. Они открыто признают, что фашисты, и гордятся этим. Не была просчитана эта история. И то, что сейчас происходит, как раз говорит о том, что мы прозрели, поняли, как надо воевать. Я смотрел кадры из Киева, где они все скулят - разрушена инфраструктура. То, что создавалось Советским Союзом, чтобы мы жили в едином пространстве, сегодня начинает разрушаться. Система энергетики, транспорта. Когда я написал записку по поводу того, что надо уничтожить все шесть узловых станций, то я базировался на своих представлениях. Один железнодорожник мне написал, зачем вам станции, разбомбите локомотивные депо. Я поинтересовался, и оказалось, что сегодня Украина базируется только на электровозах. Нет питания - локомотив стоит. Они свои тепловозы спихнули на Донбасс. По сути, если мы сейчас разрушаем систему энергоснабжения, то вся транспортная логистика просто рушится. Количество пассажирских тепловозов  Украине на сегодня порядка 28 штук, а остальные были электровозы. А эти 28 нуждаются в солярке, и регламентных работах. У них весь транспорт - железные гробы. Паровозы сейчас будут выталкивать вручную и потом загружать их топливом, которое еще найти нужно.  Думаю, что сейчас даже и запад понял, зачем нам это надо. Сегодня у меня будет эфир, хочу пообсуждать там состояние психического здоровья дипломатического корпуса западных стран, потому что такое ощущение, что весь Евросоюз это «палата № 6». Они даже не понимают, в каком мире они живут и что за этим всем последует. Все эти разговоры про ядерную войну - они не понимают, что такое ядерная война, радиация, заражение местности. Сегодня, наконец, мы начали воевать. Глядя на всю эту систему, я часто говорю, что у меня есть хорошая новость и плохая. Плохая в том состоит, что вся наша идейно-политическая работа, патриотическое воспитание сегодня оцениваются по количеству людей на Верхнем Ларсе и казахской границе. Это люди того возраста, на который была направлена вся патриотическая работа по воспитанию. Дети 90-х. Вот печальный продукт этой работы. А дети Советского Союза с бронежилетами и автоматами сейчас идут воевать. При этом мы прекрасно понимаем, что эти люди когда-то вполне могли себя называть патриотами. Я всё думал, какой критерий патриотизма нам мог бы подойти. А я пойду с ним в разведку или нет? И это сразу ставит точки над «и».

С. Шулов:  - У поколения того наверное ценности другие - а он займет мне очередь за гамбургерами или не займет?

А. Михайлов:  - Мы сегодня живем в параллельных мирах просто. Признаюсь, те, кто побежали из России, кто в Грузии и Казахстане сейчас болтаются, такие мне бы на фронте были не нужны. Они социально опасны, ненадежны. Убежали, и флаг им в руки. Эта история много показала. И это плохая новость, с которой мы вынуждены мириться. Вторая новость хорошая. Когда была объявлена мобилизация, мы столкнулись с тем, что у нас многого нет. Призывники, которые должны были ехать на фронт стали метаться по магазинам, приобретать что-то. Меня попросили помочь одному хлопцу. Я поехал в Зеленоградский военторг, где я часто бывал. Там вообще никого народу не было никогда, а в тот раз увидел огромное количество молодежи. Обратил внимание на их лица, на которых была сосредоточенная озабоченность. Ни страха, ни разговоров. Они поняли, что должны решать свою задачу. У них есть чувство долга, впитанное в третьем каком-нибудь поколении. Они с осознанностью туда идут. Огромное количество добровольцев, которых мы тоже знаем и видим, это тоже наши того времени, генетически предрасположенные люди, чтобы защищать отечество.

С. Шулов:  - Думаю, нужно дополнить, что есть целый слой общества, который не благодаря системе воспитания, а вопреки ей сформировался.

А. Михайлов:  - Именно что вопреки! Они все время сопротивлялись. И наступило время, и они начинают реализовываться. Мы недавно отправили в Тверь собранные представителями бизнеса медикаменты. Они по полному перечню были рассчитаны на целый полк. Люди заплатили деньги свои и отдали для наших ребят. И это тоже свидетельство. Недавно одна моя знакомая, владелица крутого бутика в центре, закупила термобелье для наших солдат, и так же поступили ее рублевские знакомые. У них есть желание помогать. Заказали порядка тысячи комплектов. И это новость хорошая. Еще одна хорошая новость в том, что мы, наконец, разберемся в том, что такое патриотическое воспитание и как оно должно проводиться не для галочки.

С. Шулов:  - Все эти события начались в 2014 году, мне стало интересно, откуда из бывшего братского народа, а на самом деле братского народа, если откинуть шваль фашистско-нацистскую, откуда пошло возрождение нацизма, повальное, доводящее до безумия. Я поинтересовался в частности «ОУН-УПА», как их Украине стали подавать. Западная Украина, Львов и прочее там и в 80е было «геть, москали», это понятно. Но берем центральные и восточные области, я нашел фильм, где УПА и ОУН это партизаны, а наши воинские советские части - это бандиты. Фильм вышел в 91 году. Стало быть, его начали снимать еще раньше...

А. Михайлов:  - Я видел этот фильм. Элемент эпатажа приводит к полному извращению. Они давно начали, еще при Советском Союзе. А наши спали.

А. Простокишин: - Особенно представители, которые делегируются от Российской Федерации в соседние государства, чтобы отслеживать пульс, следить, как все меняется. Получилось, что человека отправили на пикник, на отдых.

А. Михайлов:  - А что ему? Он получает соответственное жалование, может небольшое, но все равно. У него есть статус. И он сидит, курит бамбук, потому что вроде кажется, что тут все просто. Это не США, не Германия, это всё славяне. Это стратегический просчет. И второй просчёт, вытекающий из этого. Начинались все события, Крым показал это особенно хорошо. У нас было пренебрежительное отношение к украинцам как солдатам, как воинам. Я служил с украинцами в стрелковой дивизии, и я скажу, что это хорошие солдаты. А если он еще ефрейтор, то вообще гаси свет. А сержант - как маршал. Старшина говорил, буду служить, пока руки носят. Я всегда смеялся над этим, говоря, что чтобы развалить Америку, нужно трех прапорщиков отправить на стажировку в США. Через неделю съедет ГСМ, а через месяц американский флот будет продан на металлолом китайцам. Факт остается фактом - мы недооценивали - у них такая же генетика, как у нас. Сегодня она, может, извратилась, но их отцы тоже воевали. Мы сегодня пренебрежительно стали думать о них, но если говорить о каких-то предрасположенностях, то это очень хорошие воины. Если бы их идеологические принципы были противоположными, то в свое время они бы Майдан весь разогнали бы палками. К сожалению, они стали такими, какими стали. Сегодня мы имеем дело не с националистом украинским, а с шовинизмом. Когда я служил на Лубянке, у нас было такое определение: национализм - это «хорошо пахнет свое дерьмо», а шовинизм - это «пахнет только дерьмо». Мы вышли в этот формат, когда мы чувствуем то, что хуже, что извращенне, а для них это просто сало в шоколаде.

А. Простокишин: - Сейчас становится вроде бы лучше. Недавно создан координационный совет. А полгода назад мы обращались с письмом в журнал «Отечественные записки». Обращение было к президенту Путину, как раз об этом мы говорили - должна быть чья-то координирующая роль, некий орган.

С. Шулов:  - Мы ставили вопрос об организации в целях демилитаризации и денацификации госкомитета. Знаете, как он работает, вы оба работали там. Александр Георгиевич его и создавал, можно сказать. Там также сходятся чиновники разных министерств, но поскольку они завязаны круговой ответственностью, то вынуждены не просто работать слаженно, но не дают халтурить своему товарищу рядом, потому что он за халтуру эту будет тоже отвечать. Это самый эффективный способ работы в нашей системе.

А. Простокишин: - Вся работа должна быть скоординирована. Не нужны гвозди, а нужны лопаты -  надо выпускать лопаты, а сейчас выясняется, что не всего хватает. Мы говорили про фильмы «Парад планет» с актером Олегом Борисовым. Он там в должности старшего лейтенанта, командир батареи. Их призывали. Это о вопросе кодированных дивизий. Были некоторые части сокращенного состава и кадра, которые позволяли за 10-20 суток полностью укомплектовать от 4 до 10 танковых или мотострелковых дивизий. И это мощный оборонительный щит страны. Сегодня этого нет. Но учитывая географию нашей страны, учитывая, что вокруг нас столько врагов, наверное надо обратиться к этому положительному опыту и пересмотреть срок срочной службы призывников. Многие офицеры говорят, что год - это ничто. Как верно поступить, чтобы мы пришли к нужной цели?

А. Михайлов:  - Правильная цель будет тогда, когда работа, которую мы называем «патриотической», пока в кавычках, будет иметь результат. Тогда она овладеет массами, и тогда нам не нужно будет об этих вещах так серьезно разговаривать. Я ездил в Нижний Новгород проводить некоторые мероприятия. Я возвращался мимо полигона Мулино. Обратил внимание, что с двух сторон стоят магазинчики, палатки, машины, там продают военную амуницию и снаряжение. Понятно было, Сердюков у нас понимал, что мы не будем иметь глобальных войн, но войны локального конфликта или просто конфликта как такового. Стали избавляться от всего, что у нас было на складах. И на этих развалах вдоль трассы можно было купить все, что угодно. Самое страшное другое. Там продавалось то, что шло в воинские части от Рособоронзаказа. Объясните мне, если бронежилеты закупаются через Рособоронзаказ, то есть государство платит деньги для получения энного количества защитных средств для конкретных воинских частей, как бронежилет с воинского склада оказывается в открытой продаже?! Перед призывниками ставили задачу приехать со своим бронежилетом и каской, а никто не понимал, где они это могут купить, если это госзаказ? А тут продают свободно…  

А. Простокишин: - Можно было потребовать, чтобы приходили со своими автоматами и гранатами.

А. Михайлов:  - Украина так и воюет, кстати. Но все же мы до всех складов еще не добрались. Есть склады, которые составляют неприкосновенный запас. Но пора их распечатывать, по крайней мере вещевое имущество. Потом снова нашьем. Вспоминаю анекдот. Идет третья мировая война, президент США звонит Брежневу и говорит, что по данным ЦРУ в Советском Союзе осталось три ракеты, а у них - 200. Предлагаем вам капитуляцию. Брежнев в шоке. Вдруг влетает полковник запыленный с дальнего полигона. Товарищ генеральный секретарь! Во время последней инвентаризации не было учтено 4000 баллистических ракет. Брежнев дословно передает слова президенту США... Пока у нас бардак, мы непобедимы, а ЦРУ бессильны. У меня ощущение, что это тоже сегодня характерное наше состояние. Хотя ведь мы оказались в глупом положении. Демилитаризация России, переход от горячей войны к политической дружбе. Почему и ликвидировали кадетские корпуса, военные училища, имущество. Привело это к тому, что мы просто некоторые вещи скинули. Был бы жадный прапорщик, он бы ни за что не отдал. А тут раз - все на продажу. На том развале, о котором я говорил, даже портянки продавали. Лучший предмет солдатского обихода - они никогда не рвутся, их можно 32 раза завернуть, всегда ноги сухие. И это все продается на трассе! Кобура от нагана. Наганов уже нет, а кобура - пожалуйста.

Мы должны в корне пересмотреть нашу патриотическую работу. Есть такие различные понятия: патриотическое воспитание и обороноспортивная работа. Так всё работало в СССР. А занимался этим ДОСААФ. Во что его превратили? В помойку и бизнес для отдельных людей. Где самолеты, БТРы, грузовики, на которых учили ребят-допризывников? К этому надо возвращаться, но так, чтобы отката уже не было. Надо разобраться так, чтобы всем неповадно было. Потому что кто-то же продал...

С. Шулов:  - Надо смотреть, кому это выгодно, шире смотреть. Что такое действующий Бескидский туннель сегодня? 60-70% грузовых перевозок из-за западной Европы. Последний раз шарахнули калибром, и тут же перестали. Но именно в те моменты, когда шарахали, близко ошивались наши олигархи. То есть страна воюет, а кто-то наживается. Каналы поставок в Украину - это каналы движения товаров наших богатеньких.

А. Михайлов:  - О предательстве много говорили уже. Мы понимаем, что предательство не только в том, что кто-то чем-то торгует, а еще в том, что решения какие-то по этому поводу принимаются. Когда эта тема по уничтожению энергосистем, ж/д логистики наверняка стояла и на первом этапе, но видно кто-то за руки хватал. С этого в принципе начинаются войны.

С. Шулов:  - Есть и другая сторона - до сих пор гоним газ через Украину. И платим за транзит. На этом газе работают станции, дающие энергию заводам, где ремонтируется и создается вооружение, убивающее наших солдат.

А. Простокишин: - Я бы хотел обратить внимание на то, что хотя я и не свидетель войны 41 года по возрасту, но из литературы и хроники, видно, что люди уходили на войну и думали, что через 4-5 месяцев они вернутся. Те, кому посчастливилось, вернулись через 4 года. Что будет сейчас? В феврале казалось, что в течение нескольких месяцев все обойдется, но сейчас мы видим, что перед нами стоят серьезнейшие испытания и времена. Мы поняли, что мы не совсем готовы, пытаемся исправить ситуацию в голове и с материальным имуществом, боеприпасами. Я говорил уже про части сокращенного состава. Сколько военных училищ было сокращено!? Я как выпускник Ульяновского высшего танкового командного училища, хочу привести пример. В Советском Союзе было 9 высших танковых училищ. Шесть из них были командные. Благовещенское, Казанское, Ульяновское, Харьковское, Челябинское, Ташкентское. Два инженерных - киевское, омское, и одно политическое - свердловское. И была еще академия бронетанковых войск имени маршала Советского Союза Малиновского. СССР не стало, и часть училищ ушла в другие государства. А сокращение танковых училищ началось непосредственно с Академии бронетанковых войск. Моё училище сократили, очень обидно, оно легендарное и очень старое -  год основания 1918. Больше всего оно подготовило выпусков офицерских. Я выпуска 1985 года, и мой выпуск был 135. В голове не укладывается. А выпускники Ульяновского училища в большинстве стали героями Советского союза, России, больше всего из этих офицеров стало генералами. Ульяновское училище было так удачно размещено, имело мощнейшую материальную базу, всё было, чтобы воспитывать профессионального защитника отечества. Это какая была школа?! Вот же эта школа патриотическая. Ему единственному было присвоено в Союзе звание гвардейского. Харьковскому в 1969 году присвоили звание. И все это уничтожено. Люди, которые занимались этими процедурами, имели не руки по локоть в крови, а сами были по шею в крови. Самое главное, чтобы такие не были ни в руководстве страны, ни в генеральном штабе, а они наверняка там есть. Помимо училищ были сокращены и тыловые подразделения, медицинские. Если медик, то нанимать можно было - это же какая глупость. А кормить военнослужащего на фронте?! Надо иметь специалиста, который может сварить кашу на батальон. Тыловиков надо иметь грамотных, а у нас сейчас с этим большие проблемы. Есть сведения, что в первое время военнослужащие попросту голодали – тылы так отстали.

А. Михайлов:  - Мы вроде уже вышли в новую эпоху - Сердюкова уже нет. Но вот два примера из моей практики депутата. В 41 году в небе над Москвой воевал 566й полк авиационный, который стал Солнечногорским. Закончилась война, полк этот находится в городе Сеща Брянской области. В 2008 году Сердюков этот полк ликвидировал, а в 2011 его восстановили. Знамя этого полка сдали в музей вооруженных сил. Я три года бьюсь, чтобы вернуть полку его полковое знамя. И вот к вопросу о патриотической работе. Мы пишем к начальнику командующего военно-транспортной авиацией, начальнику главного политуправления, Куликов - генерал армии, президент клуба военачальников, пишет Герасимову. Какие приходят ответы? Уважаемые товарищи, полк был ликвидирован, а новый же - совершенно другой! Представьте себе! А в этом полку та же авиация, личный состав, место базирования, но чтобы получить знамя, нам советуют заключить соглашение с Министерством культуры, чтобы они разрешили передать знамя для ответственного хранения... С орденами еще интереснее. Ордена были сданы в управление кадров Министерства обороны. Речь о полковых орденах. А нам теперь отвечают, что эти ордена несуществующей страны, то есть их уже нет, и вернуть их полку нельзя. Ребята, не можете вернуть ордена, верните экспонаты! Недавно рассказали об этом Картаполову, он был немало удивлен. Сам написал министру, просил согласовать факт передачи из фондов Центрального музея Вооруженных сил знамени 566 полку, которому это знамя принадлежало. Тебе пришло письмо, напиши, согласен или нет, а полк сам приедет со своим почетным караулом забирать это знамя. А тут как на грабли наступать... Никаких сдвигов.

Есть вторая история. В Солнечногорске есть курсы «Выстрел», которым уже 106 лет. Сердюков взял в свое время и ликвидировал их. Вместе с курсами ликвидировали и музей, который имел огромное количество оружия из учебного центра, других экспонатов - всё убрали. Оружие сдали на склад, а все экспонаты музея в Академию им. Фрунзе. Они там лежали в ящиках под брезентом во дворе. Старики с «Выстрела» добились того, чтобы забрать экспонаты. Выхожу к одному главе, к другому. После ликвидации курсов осталось огромное количество недвижимости, столовые, типография. Есть объекты, которые могут быть отданы под  музей для того, чтобы 450 героев вышли с курсов «Выстрела». Мы готовили военнослужащих для 82 стран мира. Полководцы и военачальники, включая начальника генерального штаба, - все прошли курсы. И начинается ерзание, потому что начальники-то у нас все бизнесмены, как же так, отдадут какое-то помещение, которое можно продать. И сейчас выходит, что уже третий глава округа будет от меня слушать доклады на эту тему. Никому ничего не нужно. Они готовы флагами махать, с колокольни кричать, речёвки все эти «пока мы едины, мы непобедимы», как до дела доходит, то они сразу в кусты. Последние годы наш глава просто перестал нас слушать, когда мы к нему приходили. Но утвердили музейный центр патриотического воспитания и ратной славы «Выстрел» - это же комплекс патриотических мероприятий, который там можно проводить. Дайте помещение – куда там… Весь Солнечногорск - недвижимость курсов «Выстрел».

С. Шулов:  - Там такие площади, столько новой застройки.

А. Простокишин: - А почему нет движения в положительную сторону? Либералы там сидят?

А. Михайлов:  - Бизнесмены, наверное, сидят.

С. Шулов:  - Дело даже не в том. У нас в России отсутствует очень важный уголовный закон о персональной ответственности чиновника. Если она будет введена, то будет человек держать ответ за то, что сделал, и за то, что мог, но не сделал. Тогда он будет шевелиться.

А. Михайлов:  - И мы вышли на тему преемственности в нравственности, морали, закона. Пётр Алексеевич строил правильно отношения с вороватыми чиновниками. Забавное совпадение -  в Солнечногорском районе похоронен соратник Петра Великого Василий Никитич Татищев. К кладбищу пройти невозможно, заросло все. Два года мы пытаемся сделать хоть тропинку, чтобы туда можно было пройти. К этому подключились и жители Екатеринбурга, потому что на следующий год будет 300 лет Екатеринбургу, а Татищев основал и Пермь, и Екатеринбург, пять городов всего. Пока нас отфутболивают: это земли лесхоза, а на эту дорогу денег нет. Еще в Солнечногорском районе есть Радумльский кадетский лицей. Ребятишки деревенские настолько стремятся к знаниям. В этом выпуске 18 человек поступили в военное училище. 18! Я два года назад вышел с предложением присвоить имя Татищева кадетскому корпусу - Бог велел! Опять всё висит. С одним поговорил - его завтра сняли, с другим - послезавтра сняли. Мы живем в таком изменяющемся мире. Все чиновники живут в курьерском поезде, не останавливаясь, едут мимо нашего захолустья. И это то, с чего мы и начали.

С. Шулов:  - А между тем, можно припомнить слова другого человека, Иосифа Виссарионовича, который говорил, что у каждой проблемы есть имя и фамилия. Проблема Татищева есть конкретный Иванов, Петров или Сидоров, которые не хотят ничего делать. У боевого знамени та же проблема. Есть такие имена, но их никто не знает!

А. Михайлов:  - А ответ по знамени какой?! "Необходимо..." - а кому необходимо? Мне, Михайлову? Командиру полка? Куликову, президенту? Вы за это деньги получаете, вы являетесь организаторами политической работы, это что такое происходит? Полк постоянно летает, участвует в боевых действиях! Отдайте знамя! И вот сейчас говорили, что офицеров не хватает и начальников. После этой операции появится большое количество людей, которые имеют богатейший организационный, административный и боевой опыт получат. 20 числа я был в  Звёздном городке, где проводили круглый стол по поводу создание системы переподготовки военных кадров для работы в школе из числа тех, кто прошел эти боевые действия. А среди них будут инвалиды. А что инвалиду нужно? Ведь не только социальные блага. Его нужно вернуть в общество, дать зону ответственности. А ракетчики - это математики, артиллеристы - математики. Те же политработники историю разве не могут преподавать? Сейчас мы пытаемся над этой темой поработать.

С. Шулов:  - Не могу не сказать о таком моменте. В школах недавно ввели предмет с каким-то туманным названием «ОДНКР». Основы духовности, нравственности, культуры и религии, что-то такое. Пример школы моих детей: преподает педагог, которую не только близко нельзя допускать не то что в школу, но и к моральной нравственности. Она загружает детей лавиной ненужной работы, они бегут с этих уроков, боятся. Но других кадров нет, а эти ребята, прошедшие боевые действия, могут говорить и о духовности, и о нравственности.

А. Михайлов:  - Они жесткие очень, понимают, что такое в разведку пойти. Они и буду готовить тех, с кем в разведку можно идти. Второй вопрос наш - пресловутая организация ДОСААФ, которая должна заниматься допризывной молодежью, а пока занимается бизнесом. В Солнечногорске на базе одного центра мы открыли клуб НВП. В клуб могут прийти все желающие, особенно из числа военнослужащих, которые могут восстановить свои утраченные навыки. Не у каждого дома автомат и пистолет. Приходи, тут инструктор работает, восстанавливай навыки. Желающих много, потому что они знают, что могут быть призваны, а чем больше они будут знать и уметь, тем проще будет происходить процесс адаптации к боевой обстановке. И это так верно. Почему же этим не занимается ДОСААФ?

А. Простокишин: - То же самое эти модные среди молодёжи квесты. Бестолковые  мероприятия с непонятной начинкой. А тут тот же квест, только с военно-патриотическим уклоном.

А. Михайлов:  - Развитие позитивных увлечений.

С. Шулов:  - В новостях в Казани в одном ВУЗе проводят реконструкцию. Они играют страйкбольным оружием, но реконструируют реальные сражения, отрабатывают навыки, тактику против диверсионных и разведывательных групп, что является особенностью современной войны. Там реально готовятся и мальчики и девочки. Это не говоря уже о физических нагрузках.

А. Простокишин: - Хотел вернуться к разговору о знамени. Был фильм про Великую Отечественную. Если не ошибаюсь «Битва за Москву». Помните, там знамена из музея вынесли?

А. Михайлов:  - Командующий приехал в музей, это что за знамена? Это знамена русских полков. Все знамена отдать на передовую! Такой был приказ. И их вручили ополченцам. А здесь собственное знамя не могут отдать.

С. Шулов:  - А у этой проблемы тоже есть имя и фамилия. И их нужно будет назвать. И этого товарища и других.

А. Михайлов:  - Есть прекрасный человек, директор музея Вооруженных сил на Новослободской. Процесс выстроили так, что музей отправляет знамена по просьбе бывших советских республик туда, потому что части там располагались. Фонд этих знамен - ангар авиационный. И все отправляют! А здесь же целая проблема. Куликов, генерал армии пишет генералу армии Герасимову, а отвечает ему какой-то генерал-майор, и вот эта тягомотина про ордена несуществующей страны продолжается. Может они уже по коллекциям разошлись... А мы на всех уровнях говорим о патриотизме. Не знаю, что сейчас Картаполову ответят его подчиненные. Может быть, тоже будут петь о необходимости.

А. Простокишин: - Вернемся немного к военным действиям. Если спутники участвуют в военных действиях против нашей страны, возможно ли их сбивать?

А. Михайлов:  - Если бы это были украинские спутники.

А. Простокишин: - Но они же против нас работают.

А. Михайлов:  - Но и оружие поставляют против нас, но мы же не бьем по мерседесу ракетами.

А. Простокишин: - Получается так, что пока не будет объявлено слово «война»…  

А. Михайлов:  - Тогда надо определять субъекты - с кем воюем.

А. Простокишин: - В этой же связи мы хотели в одной из передач затронуть тему языка. В честь чего и для чего в школе обязательно изучается язык страны, которая родина не только Шекспира, но и тех, кто ненавидит нас тысячелетиями, а теперь говорят, что Россию надо уничтожить. Язык это носитель культуры, пропаганда этого государства.

А. Михайлов:  - Я закончил журфак, с вопросами этими знаком. И я не против языка как такового, я против того, что мы его используем, где надо и не надо. Мы забрасываем зерна довольно опасные. Есть огромное количество людей, которые разговаривают на птичьем языке. Это не иностранный жаргон, но какие-то уже извращенные формы. Русский литературный язык формировался тоже на базе и других языков. Даль великий был пуристом, ненавидел иностранные заимствования, у него в словаре огромное количество именно русских слов. А эта известная фраза «идет чудище по гульбищу с ристалища куда-то там.. в мокроступах». Театр, цирк, галоши – это не наши слова. Идет сильнейшая экспансия технических слов, то райдер, то рейдер, то всякие менеджеры. Но есть «управляющие» же. Всё это очень опасная тенденция. Но язык английский - средство международного общения.

А. Простокишин: - Если мы его принимаем таким, то искусственно его продвигаем. Ведь есть и другие языки. Если мы говорим о разнополярности, то и это надо учитывать. И вот учите английский, мыслите по-английски. А это язык тех, кто применял ядерное оружие, напалм, не будем забывать и об этом. Мой ребенок в 8 классе может рассказать стихотворение или текст, а если я ему даю церковно-славянский, то он смотрит на него, словно на иероглифы. То, что он должен знать - он не знает, но знает английский стих про пчелку, которая носит мед. Зачем?!

А. Михайлов:  - Это спор умозрительный. Можно возмущаться много. Я часто вспоминаю анекдот про двух быков. Пасутся, глядят на телочек. Молодой заторопился, а старый говорит, не спеши, мы медленно спустимся в долину. Вот и мы, думаю, медленно будем спускаться в долину и наводить порядок. Не только с английским.

А. Простокишин: - Спасибо за такое тактичное изложение анекдота. Есть еще одно важное размышление. Думаю, надо сократить развлекательный контент, который сейчас заполняет СМИ. Кто-то воюет, а кто-то смотрит развлекаловки. Несправедливо. Надо задуматься.

А. Михайлов:  - Задуматься надо! Но контент развлекательный существовал даже в октябре 41 года в Москве. Все театры работали, независимо от того, сколько народу приходило. Они работали на фронт! Сейчас мы столько внимания уделяем тем деятелям, которые отсюда убежали. Этим мы себя унижаем. Свалили, и флаг в руки, как говорил Колчак, проституток, артистов, извозчиков не трогайте - они служат любой власти. Мы так много времени уделяем обсуждениям. Уехали, ладно, посмотрим, с чем вернутся.

А. Простокишин: - Мобилизация должна затрагивать не только пополнение личного состава, но и сферу культуры, образования, это и мобилизация собственных сил, каждого из нас. Перечислю десять заповедей, которые могут помочь мобилизовать свои силы, задуматься.

Слушай, не перебивая. Говори, не обвиняя. Давай, не жалея. Обещай, не забывая. Отвечай, не споря. Уступай, не претендуя. Делай, не жалуясь. Верь, не сомневаясь. Прощай, не упрекая. Непрестанно молись.  Завершим нашу беседу сегодня такими прекрасными словами. 

Слушать: https://radonezh.ru/radio/2022/10/27/19-00

Дорогие братья и сестры! Мы существуем исключительно на ваши пожертвования. Поддержите нас! Перевод картой:

Другие способы платежа:      

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Простите, это проверка, что вы человек, а не робот.
Fill in the blank.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс тИЦКаталог Православное Христианство.Ру Электронное периодическое издание «Радонеж.ру» Свидетельство о регистрации от 12.02.2009 Эл № ФС 77-35297 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Копирование материалов сайта возможно только с указанием адреса источника 2016 © «Радонеж.ру» Адрес: 115326, г. Москва, ул. Пятницкая, д. 25 Тел.: (495) 772 79 61, тел./факс: (495) 959 44 45 E-mail: [email protected]

Дорогие братья и сестры, радио и газета «Радонеж» существуют исключительно благодаря вашей поддержке! Помощь

-
+