Перейти к основному содержанию

04:22 28.07.2021

Миссия и жизнь

28.04.2021 14:47:40

 

Слушать: https://radonezh.ru/radio/2021/04/17/21-00

С.Комаров – Добрый вечер, дорогие братья и сестры. У микрофона публицист, катехизатор Сергей Комаров. Господь Иисус Христос велел ученикам проповедовать во всех народах. Мы помним великое повеление Христа: «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь». Как мы видим, до крещения человек должен быть научен. И воцерковление его также должно сопровождаться научением. Кто занимается этим научением христиан? Это, конечно же, духовенство, а также те люди, которые имеют особое призвание и полномочие от церкви. Это миссионеры, люди, которые говорят верующим о Христе. Сегодня у нас в гостях один из самых известных миссионеров Русской Православной Церкви, которого мы знаем по прекрасным публикациям, передачам и программам Андрей Иванович Солодков. Друзья, мы сегодня будем говорить о миссии, о проповеди Евангелия, о чтении Священного Писания, о христианской жизни вообще. Андрей Иванович, насколько я знаю, вы только вчера вернулись с Чукотки из миссионерской поездки. Могли бы вы нам рассказать в нескольких словах об этом?

А.Солодков – По благословению преосвященного Феофилакта, управляющего Юго-Западным викариатством, и по приглашению владыки Чукотского и Анадырского Ипатия я был с 8 по 16 апреля на Чукотке с миссионерской образовательной программой. Причина приезда была в том, что недалеко граница в 15 километрах, Берингов пролив. Есть подпитка от западного псевдохристианства, которое активизировалось в городе Анадырь. Началась активная проповедь искаженного Евангельского благовестия, что насторожило духовенство и православных христиан. На улицах с листовками начали подходить разные люди, в основном харизматы, адвентисты, баптисты, свидетели Иеговы. До Москвы лететь далеко - 8.5 часов, поэтому они здесь действуют так, как им хочется.

 У нас была образовательная программа, проводили лекцию-беседу «Если Бог один, то почему много религий?». Такой был курс для школьников и учащихся лицеев. Более серьезная тема, которая называлась «Угроза духовной безопасности России», была проведена в правительстве Чукотки, был также вебинар для всех регионов Чукотки - для представителей спецслужб, ФСБ, разведки, пограничников и Росгвардии. Была запущена достаточно насыщенная программа также на радио «Пурга».

 Там и правда пурга. Когда я приехал, было - 25 °. Ветер там достигает скорости до 60 м/с, он сметает всё. Деревья там не растут, только кустарники. Достаточно жесткий климат. Хочется отметить, что народ очень приветливый. Я был удивлен, когда шёл по улице, думал, что ошиблись, за кого-то другого приняли. Молодежь, которая тебя встречает, всегда здоровается. Это было удивительно, не говоря уже о том, когда заходишь в лицей или школу - ни один человек не пройдет без приветствия. Это качество самих жителей города. В городе Анадырь есть большой деревянный храм в честь Святой Троицы. Это верхний, также есть нижний храм Святителя Николая-чудотворца.

 Впервые в городе Анадырь появился храм с приходом казаков, когда с ними был священник, в 1743 году. Там Берингов пролив, и есть ещё залив. Сейчас там есть аэропорт, он называется «Угольный». Нужно ещё проехать по заливу, по ледяной морской замерзшей дороге примерно 12 километров. Но когда лед растает, и начнется ледоход, но ещё не будет ходить паром - то тогда можно будет долететь только на вертолете с пограничниками.

Я в Анадыре был уже второй раз. Первый - в 2018 году. Тогда я приехал в декабре, лёд еще не стал. Залив не был замерзшим, по нему нельзя было ехать. Меня вместе с ящиками закинули в этот вертолет, потому что с военными вертолет до конца не опускается, винты крутятся. Немного страшно, но, перекрестившись, я прыгнул - и удачно.

 Это действительно далекий край, но наш русский город, где уживаются местные народы. Местные люди- в основном эвенки. Некоторые думают, если Чукотский автономный округ, значит, там живут чукчи. Чукчи на самом деле завоеватели, они пришли со стороны Монголии. Чукчи до знакомства с христианством были язычниками. По их представлениям они –высшая раса. Их религия – шаманизм. Они полагают, что являются самой высокой расой, а все остальные ниже их. Но когда принимают христианство - то, надо сказать, превращаются в добрых христиан.

В епархии есть алтарник, его зовут Симеон, он настоящий чукча. Это активный и отзывчивый молодой человек, его владыка направляет в Сретенскую семинарию. Он также очень почитает владыку Тихона Шевкунова, даже хочет поехать в Псков. Два таких желания у него есть.

С.Комаров – Андрей Иванович, вы много ездите по России. Как вы оцениваете вообще состояние нашего церковного народа? Нужно ли миссионерское слово, и насколько? Или продолжают оставаться актуальными слова Христа «жатвы много, а делателей мало»?

А.Солодков – Я думаю, что эти слова Христа на все времена, всегда актуальны. Всегда будет много деятелей, но мало делателей. Как говорится, берегите работающих, иначе останутся одни управляющие. Мы знаем многих миссионеров, талантливых проповедников, которые есть в нашей церкви, конечно, надо их всячески поддерживать.

 Я из них, без ложной скромности скажу, что самый малый. Есть более талантливые люди в проповеди Слова Божия. Их надо поддерживать. Если мы не можем проповедовать сами, то можно хотя бы молитвенно знать имена тех, кто трудится в разных областях.

 Вот, например, Святитель Макарий Невский, просветитель алтайских народов был последний митрополит перед восстановлением патриаршества на Руси в 1918 году. Он говорил, что церкви необходим православный миссионерский университет. Я не то, что согласен, я обеими руками за это.

У нас есть православная семинария с миссионерской направленностью, но она находится в Белгороде. Эта семинария многое делает для Чукотки. Прежде, чем я туда отправился, приехало ещё 6 священников в помощь Чукотке. Их направили в разные районы. Я для них провел семинар по сектоведению, это было в марте, перед их отъездом. Потом они уехали, и я уже отправился за ними.

Белгородская семинария многое делает в помощь таким районам, разрабатывает различные программы. Там есть священник отец Максим, секретарь владыки, достаточно активный батюшка.

С.Комаров –Они выпустили неплохой учебник по миссиологии.

А.Солодков – Да, они об этом говорили. Помощь есть, но этого очень мало на такую огромную страну, как Россия. В Москве, как в столице, должен быть миссионерский университет. И святитель Макарий Невский тогда уже разработал программу, план, в котором он писал, что 70%, то есть больше половины, должны преподавать миссионеры, которые не просто обладают теоретическими знаниями, а знают миссионерское дело практически. Они должны серьезно заниматься языками. То-есть, это должны быть филологи и специалисты из других направлений и богословских дисциплин. Но в большей степени это должны быть миссионеры-практики. Даже учебный план уже был тогда составлен, выбирали место, где будет находиться университет. Но события революционного переворота в России тогда разрушили все эти планы.

Когда-то мы говорили, что в 90-е нет денег. Тогда, правда, было сложно со средствами, нужно было из руин вылезать. Но сейчас, на мой взгляд, пришло время. Мы видим, что преобразования идут, раньше была Сретенская семинария, а сейчас - Академия. Открываются семинарии и в других регионах.

Я перед Чукоткой был в Оренбурге. Там семинария очень достойная, она занимает 8-е место по рейтингу. Преподаватели миссионерской направленности есть,  они приглашают людей, у кого есть опыт миссионерского служения, чтобы обучать семинаристов.

Я всегда говорю, что один в поле не воин – это не про православного миссионера. Может быть один воин, если он с Богом. Как говорил мученик Иустин: я и Бог – это уже большинство, причем подавляющее. Это действительно так. Но если будет таких одних с Богом больше в нашей стране, я думаю, что ситуация изменится. Спаситель нам поручил в Деяниях апостолов: «Идите даже до края земли».

Снова повторю, что в нашей необъятной стране просто необходимо, чтобы проповедь звучала на высоком уровне. Нам необходимы такие люди, чтобы слово Божие звучало ярко, а Евангельское благовестие было неповрежденным для тех людей, которые находятся за пределами православной церкви.

С.Комаров – Откуда мы можем брать миссионеров? Насколько я знаю, миссионерская кафедра ПСТГУ была закрыта именно из-за недобора. Очевидно, у людей есть проблема с мотивацией. Как вы думаете, почему так получается?

А.Солодков – В ПСТГУ ситуация была немного другая. Там были проблемы с теми, кто начал преподавать. Я эту ситуацию знаю не то, что понаслышке, а напрямую принимал в ней участие. Там тогда проходил известный печальный эксперимент с курсом «Альфа», о котором на радиостанции было многое сказано. Я помню, что тогда неоднократно участвовал в эфире вместе с отцом Олегом Стеняевым. Была подмена методической программы, которую хотели позаимствовать у англиканской церкви. Не разобравшись, кто-то подумал, что якобы какие-то формы из инославной среды могут быть полезны и применимы в православии. Но это априори невозможно. Как сказано: «Дух творит себе формы». Есть великолепная работа, если слушатели хотят почитать, недавно почившего митрополита Амфилохия (Радовича) Черногорского. Великолепное сочинение на «Азбуке веры» «Миссия Церкви и её методика». Он 9 страниц тезисно описывает, почему невозможно заимствование чуждых методик. Митрополит говорит, что это будет проповедь другого Христа. О чем апостол Павел предупреждает, если вам кто-то будет проповедовать другого Христа: «Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема». Я не буду называть этих людей, я их очень хорошо знаю, общался с ними. Как сказано в Евангелии: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь».

Все эти попытки были. Но процесс был запущен, 3-4 года это просуществовало. У нас люди все-таки верующие, они понимают, что что-то не то. Поэтому на такой миссионерский факультет, надо говорить прямо, никто не захотел идти учиться. На самом деле в Москве есть великолепные курсы при Елоховском соборе, отличные курсы продолжаются на Кантемировской в храме Апостола Фомы, которые создал священник Даниил Сысоев, Викариатская школа православного миссионера «Просветитель», которая была организована мною по благословению в 2011 году, сейчас уже двухгодичная. Они выросли сами. Когда отец Игорь Фомин, отвечающий за миссионерское служение, встретился со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, то он ему рассказал об этих школах, которые возникли сами. Мы видим, что у людей есть желание. В мою школу поступило 84 человека. Я понимаю, что не всякая птица долетает до середины Днепра. Но 50 человек сейчас учится, 28 хотят получить свидетельство. 17 человек мы выпустили с этих двухгодичных курсов в этом году. Мы видим, что желание есть, это сотни людей. Но люди понимают, что они не хотят учиться там, где им не преподается православие, а преподают какое-то чуждое и непонятное учение на уровне менеджмента, как преподнести Христа на уровне рекламной паузы. Я думаю, что тут причина именно в этом, почему там, к сожалению, так сложилось. Очень хорошая площадка, СПБГУ, но внедрились такие люди! Что случилось, то случилось.

С.Комаров – Андрей Иванович, человек получает диплом. А куда он с ним потом идет? Он работает по специальности, едет проповедовать на Филиппины, куда-то ещё?

А.Солодков – Да, люди, которые учились в моей школе и в школе, где я ещё преподаю сектоведение по приглашению, в школе апостола Фомы на Кантемировской, было несколько человек и на Филиппинах. Благодарили, писали, что методика работает, проверили в полемике. Они встречались на Филиппинах и с протестантами, и с неопротестантами. Сейчас, например, Павел, который учился в Барнаульской семинарии, мы с ним поддерживали отношения, делились методикой и материалами, он со своей женой после Пасхи как раз отправится в Анадырь. Владыка их позвал к себе, это активные миссионеры. Нельзя сказать, что все ученики из этих школ работают, куда-то едут. Вообще 50 на 50. Некоторые говорят, что хотят эти знания для себя. Что значит для себя? Не то, что они в себя эти знания взяли и никуда дальше их не отдают. Они, овладевая знаниями, делятся ими у себя на работе со своими сотрудниками, соседями, знакомыми. Когда они летом едут куда-то отдыхать, то рассказывают, что в санаториях или ещё где-то общались. Они везде так или иначе стараются донести людям слово Божие о спасении, о Царствии Божием. Они приходят туда учиться с одной целью – поделиться потом знаниями, которые они получают. Когда проходят экзамены, у нас это такой экзамен-собеседование, я всегда задаю последний вопрос.

 Первое главное условие поступления в школу – человек уже должен быть воцерковлен, должен исповедоваться и причащаться. Второе – у него должна быть рекомендация от священника, у которого он исповедуется. Он должен иметь хотя бы на уровне Закона Божия какие-то знания. Ещё одно главное условие – а зачем вы поступаете? Ответ практически у всех такой: чтобы поделиться этими знаниями с другими людьми. Хорошо, если у человека есть это желание. Господь видит сердце человека. Куда нужно, на то место Он его и поставит.

С.Комаров – Андрей Иванович, насколько я знаю, вы, помимо всего прочего, приходской катехизатор Преображенского храма.

А.Солодков – Миссионер.

С.Комаров – Приходской миссионер?

А.Солодков – Миссионер-катехизатор.

С.Комаров – Насколько я понимаю, катехизатор – это тот, кто работает уже с церковными людьми, говорит с ними о вере. А миссионер – это все-таки тот, который говорит с людьми еще не церковными. Меня интересует такое служение, как приходской катехизатор. Мне кажется, что при каждом храме хорошо было бы иметь образованного мирянина, который помогал бы священнику в беседах перед крещением, допустим, вёл бы какие-то библейские занятия. Такой помощник священника, образованный мирянин. Как вы думаете, нужно ли нам это, чтобы при каждом храме, в идеале, чтобы был такой человек?

А.Солодков – Я думаю, что во многих храмах это уже есть, в храмах Москвы - точно. Где-то там, может быть, не в Москве, чтобы при каждом храме, я не могу сказать, что это есть. Но это необходимо в полном смысле этого слова, потому что священник один ничего не успеет. Первое и самое главное у него – это служение у Престола Божия, евхаристическое служение. А второе, пятое и десятое, начиная с поиска денег для оплаты электричества, отопления или ремонта крыши, и хозяйственная часть, и всё остальное тоже лежит на священнике. Если он обязан будет заниматься катехизацией, подготовкой людей, то это ещё дополнительное время.

 Я думаю, что для этого и существуют наши школы, Свято-Тихоновский и Российский православный университеты, семинарии. Оттуда выходят люди, которые не сразу становятся священниками. Есть определенное время, 2 года, когда они должны пройти эту практику. Конечно, такие люди необходимы.

С.Комаров – Андрей Иванович, я знаю, что вы принимаете лиц, отпавших от православия, желающих вернуться в лоно Православной Церкви. В 2018 году по указу Святейшего Патриарха Кирилла был организован такой прием. Могли бы вы рассказать, как можно попасть к вам на прием, чем вы занимаетесь, какие люди к вам приходят, что это дает?

А.Солодков – Я расскажу предысторию всего этого, всей организации для людей, отпавших от православия. Я начал этим заниматься в 1995 году. Тогда это делал ещё по благословению Святейшего Патриарха Алексия II священник Олег Стеняев. На Большой Ордынке, д. 20 как раз был первый центр приема людей, отпавших от православия. Это был Центр реабилитации жертв нетрадиционных религий памяти А. С. Хомякова. На самом деле он есть и сейчас. Может, не настолько он стал активен, но он работает. Там отец Евгений Тремаскин тоже приглашает людей, они приходят, принимают чин присоединения. С 1995 года я помогал отцу Олегу Стеняеву. В 2011 году мной был организован центр в храме Преображения Господня в Старом Беляево, я там начал приём. В 2018 году уже по благословению Святейшего Патриарха Кирилла была организована целая «Комиссия по церковной реабилитации лиц, отпавших от Православия при Епархиальном совете г. Москвы». Возглавил ее протоиерей Роман Марков, в состав этой комиссии входит священник Олег Стеняев, Роман Михайлович Конь, преподаватель академии сектоведения, ваш покорный слуга, и другие люди - специалисты в этом направлении.

Как строится работа? Каждый вторник я провожу прием с 15 до 19 часов, но это условно, иногда до 22 и позже получается. Сначала приходят в основном родители тех детей, которые попали в ту или иную секту. Начинается выстраиваться разговор. Я сначала спрашиваю, в какую секту попали. Для этого необходимо знать основы вероучения той или иной секты, чтобы правильно поставить диагноз. Святитель Ириней Лионский сказал: «Невозможно лечить людей больных, не зная причины их нездоровья. Поэтому некоторые были намного искуснее меня, но не могли одолеть ересь Валентина потому, что в точности не знали их учений». Валентин был гностиком. Святитель указывает на причину невозможности лечения – отсутствие точных знаний об учении. Когда приходит человек, то мы спрашиваем, в какую секту он попал. Отвечает: не знаю. Какую литературу читает? Тоже пока не смотрел. О чем говорит? Если говорит, что всем надо срочно с полным погружением креститься, только полным, потому что ничего другое не действует - то это секта баптистов. Если говорит о том, что всем срочно надо соблюдать субботний день- значит, попал к адвентистам. Если говорит о том, что всем надо креститься Святым Духом и заговорить на иных языках, то он попал к харизматам. Если говорит, что Бога надо называть по имени, иначе Он не слышит - то это свидетели Иеговы. Если говорит, что где-то в Америке нашли золотые свитки, на которых Бог оставил последние откровения - значит человек попал к мормонам. Если говорит, что учителя сидят в Махатме и посылают определенные откровения, и скоро явится очередной махатма, вроде Кришнамурти, который был раньше - значит, он попал под влияние тайной доктрины Блаватской. Человек, который этим занимается, сразу знает риторику. Ему достаточно нескольких слов, чтобы понять, кто в какую секту попал.

Как дальше строится работа? Предположим, секту определили. Дальше мы просим, чтобы сам человек пришел, родитель должен его пригласить. Иногда говорят, что ни за что не пойдут, они там всё знают, знают Библию. Я даже заставляю родителей записать, как надо пригласить. Потому что иногда родители приходят домой, говорят: «пойдем, я там сейчас такого миссионера встретил. Он тебе быстро мозг на место поставит». Кому хочется идти туда, где ему будут вправлять мозги? Конечно, никто не пойдет.

 Я говорю, что надо пригласить так. Надо сказать, что я был или была в православном храме, встретил православного миссионера, который читает Библию и интересуется вашим направлением. Вы не обманите, это всё будет точно, но вы откроете для этого человека сразу несколько новостей. Первое - православный читает Библию, потому что в их сектах говорят, что православные Библию вообще не читают, второе – у православных есть миссионеры. Они думают, что православные сидят в храмах, ставят свечки, пьют кагор и странно тыкают лбами в иконы. У них такое примитивное представление о православии.

 Нам кажется, что такого не может быть, но оно есть. Для них православные исказили Библию и вообще они её не знают. Поэтому сам вопрос будет открывать несколько новостей. Когда вопрос задается таким образом, то человек приходит. Если человек не приходит, а является бабушка и говорит, что не пошел внук. Тогда надо сказать: давайте мы придем к вам домой. Когда я помогал отцу Олегу, то ходил по домам этих людей. Не побоюсь этого слова, это сотни людей, которых я посетил и продолжаю посещать до сегодняшнего дня. Сейчас, конечно, годы прошли, это было более 20 лет назад. Теперь посылаю к молодым более молодых, лучше по двое. Почему так? Чтобы не пугать своим видом. Скажут: пришел очередной папа морали тут читать, и так от родителей уже устали. А тут разумный такой подход, что приходит молодежь, им интересно пообщаться.

 Бывают очень хорошие плоды. Я помню, как однажды ко мне обратилась мама. Её сын попал к неоязычникам. Вроде бы был хороший парень, на причастие даже ходил. Обычно люди из безбожных и нерелигиозных семей попадают в секты. А этого водили, но была беда: в воскресную школу не ходил. Я всегда вспоминаю Блаватскую, это основательница Теософского общества. У неё была библиотека, родители ею не занимались. Её прадедушка был масоном, и в библиотеке чего только не было! Она занималась самовоспитанием, начиталась этих книжек. Как она пишет в одном своем дневнике, что научилась уже в раннем детстве подвешивать предметы в воздухе, двигать стаканы по столу и ещё как-то. Я всегда, когда читаю это, мне приходит мысль: вот что бывает с девочкой, которую не водят в воскресную школу! Человек не может быть в какой-то пустоте. Здесь тоже человека водили на причастие, а в воскресную школу он не ходил. Он воспринимал это как некую обязанность. Ему говорили: иди, может быть, что-то даже и обещали. Причастишься, и мы тебе велосипед купим, или ещё что-то, как это обычно бывает. И вот он попадает к этим неоязычникам. Я его приглашаю, но он не идет. Мама предлагает, что я могу прийти домой. Сын в принципе согласен. Если соглашаются, что можно прийти домой, то надо идти. Это уже практикой проверено, что домой мы приглашаем тех, кого хотим видеть. А кого мы видеть не хотим, мы даже на улице стараемся оббежать. Я прихожу домой, захожу к нему в комнату, смотрю на красный угол, где стоят иконы. Там вместо икон стоят эти вырезанные идолы. Я у него спрашиваю: что это у вас? Он говорит: это мои боги, здесь Перун и другие, мои боги моего рода. Я говорю: да, ну и что, молитесь? Он говорит: по ночам - И как, помогает вам? Он отвечает: как сказать. Когда молюсь - как-то холодно внутри. Я про себя подумал: ну, а что же вы еще хотели? Я спрашиваю, если вам не помогает, то что делаете? Он ответил, что если бог не помогает, то он в форточку его выкидывает и нового себе вырезает. Языческое сознание всегда воспринимает богов так, чтобы ими манипулировать. Человек подчиняет этих богов своему влиянию. Мы начали с ним разговаривать, долго общались. Он учился на первом курсе института. Я расспрашивал, куда он ездит, как и что. Как-то я видел, что он не хочет меня особо слушать, разговор не идет, но и агрессивно не отказывался. Когда я приехал домой, то помолился. Думаю, Господи, как помочь этому человеку, что сделать? Он меня особо не слушает. Начинаешь что-то говорить о Боге - он сразу отвечает, что знает это, где-то уже слышал. Видно, нахватался знаний.

Потом я подумал про себя. У меня были конспекты, тогда я начинал беседы-лекции на книге Бытие, на Евангелие от Матфея. У меня были какие-то старые конспекты от руки, они лежали в столе. Я начал перебирать стопку и подумал: а что хочет язычник? Какая внутренняя психология у язычника? Язычник всегда хочет какого-то блага, что-то взять, заработать. Что для него на первом месте? Деньги, наверное. Мне приходит мысль, а почему бы не дать ему перепечатать эти лекции-беседы? Пока он будет их печатать - он будет мне звонить, потому что почерк непонятный. С родителями я договорился, сказал, что у меня есть мысль, чтобы он перепечатывал эти лекции. Вы могли бы ему чуть-чуть платить? Они говорят: Андрей Иванович, да пожалуйста, конечно, мы готовы многим пожертвовать. Я звоню ему, говорю, что у меня есть неразобранные конспекты в столе, их бы надо напечатать. Спрашиваю, не мог бы он этим заняться? При нашей встрече он как-то упомянул, что у него хорошая скорость набора текста. Я это уловил. Когда я попросил помочь и сказал, что готов за это заплатить - у него речь сразу оживилась. Он сказал: да, конечно, я найду время, приносите. Я отдал ему эти конспекты, и он начал их перепечатывать. Как я думал - так оно и происходило, в день по 3, а то и больше раз он мне звонил, уточнял. Но чтобы объяснить какое-то слово - надо объяснять весь контекст. Мы с ним прошли фактически книгу Бытие и Евангелие от Матфея. Потом он куда-то пропал, его не было год или больше. Затем позвонила его мама, сказала, что он меня увидел на телеканале «Спас», спросил у неё, этот ли мужчина к ним приходил? Мама ответила, что да, он появляется и на «Спасе», и на радио иногда. Ой, ответил сын, интересно, можно было бы как-нибудь встретиться? Всё так произошло, завязалось. Здесь очень важно правильно выстроить диалог. Господь говорил: «Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби». Здесь есть ошибка миссионера, особенно начинающего. Это называется «Миссия в инославной среде», у меня есть публикация на Православии.ru, когда миссионер хочет забросать цитатами, даже немного агрессивно набрасывается на человека. Эта методика порочна, она не работает. Когда люди куда-то пропадали, а потом опять возвращались, то мы у них спрашивали, где они были все это время? Они отвечают: когда мы с вами встретились, вы на меня так набросились, начали мне всё доказывать, загнали меня в угол. Мне было нечего ответить, было столько библейских цитат, особенно что касается протестантов и неопротестантов. И я ушел, подумал, что правильно мне говорил мой пастор или старейший, что я ещё плохо знаю библию. Я ушел дальше вгрызаться в догматы. Но Господь вразумил, и я вернулся. Помню вашу доброту, что вы по-доброму отнеслись, не набросились на меня. Поэтому я пришел, хотел бы ещё что-то узнать, продолжить беседу и встречи. Это очень кратко о том, как работает приемный центр. Если же человек пришел - ему дается определенное задание в зависимости от того, в какую секту он попал. Если это баптисты, адвентисты, что называется псевдохристианством- там дается определенная литература, проводятся беседы, человек выполняет домашние задания. Это длится 3-4 месяца. На Торжество Православия мы присоединили 16 человек. Обычно в 3-4 месяца мы присоединяем такие небольшие группы, от 16 до 20 человек.

С.Комаров – Какая секта в России на сегодняшний день является наиболее прогрессивной?

А.Солодков – Самые активные и по численности, и по своей активности – это харизматики. Сейчас эта волна нарастает. Есть даже такие сведения, что они снова получают какие-то транши. Когда я был в Анадыре, то мне сказали, что со стороны Магадана как раз двигалась колонна, но баптистов. Несмотря на то, что эта конфессия считается спокойной, что её представители сидят по своим молитвенным домам, на самом деле, это только видимость. Есть даже религиоведы, которые размышляют так, что вот это какая-то тоталитарная секта самая опасная. Но в тоталитарной-маргинальной маленькой секте в Москве человек 20. Она может быть опасна в социальном плане, потому что там может произойти что-то с человеком. Но в плане спасения души человека эта секта менее опасная. Более опасны те секты, у которых благопристойный вид. Они вроде ничего плохого не делают, там симпатичные ребята, и говорят о Боге и о Библии. Для души человека такие секты более пагубны, потому что они под своей нравственной симпатичной оберткой уводят людей от Царствия Божия. Мы знаем, что в православии есть исповедание веры. Как пишет Иоанн Богослов, кто не исповедует Христа, пришедшего во плоти - да будет анафема. Есть исповедание веры. Вера – это не просто абстрактное понятие, что уверовал человек во Христа, и на этом всё. Между прочим, в Евангелии от Иоанна 2-я глава 24 стих есть такие слова: «Многие, видя чудеса Христа, которые Он творил в Иерусалиме, уверовали во имя Его. Но Христос не вверял Себя им». Мы видим, что одной веры недостаточно. Потом сказано о том, кому же Он себя вверил. Об этом сказано в Евангелии от Марка, 3-я глава 13 стих: «Позвал к Себе, кого Сам хотел». Далее перечисляются имена 12 апостолов. В числе этих апостолов есть апостол Андрей Первозванный, от которого Русская Православная Церковь имеет апостольскую преемственность. Мы можем показать апостольскую преемственность от апостола Андрея Первозванного до Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Святейший Патриарх 179-й от апостола Андрея Первозванного. Поэтому, Церковь – это не то, где «двое или трое соберутся во имя Моё, там и Я посреди них». Это вырванная из контекста фраза. В Евангелии от Матфея в 18-й главе говорится: «Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного, ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Там речь идет о силе соборной молитвы. Там нет ни слова о том, что на этом основывается Церковь. О том, где и когда полагается основание Церкви, есть другие слова апостола Павла. 1-е послание Коринфянам, 3 глава 11 стих: «Ибо другого основания никто не может положить, кроме положенного, которое есть Иисус Христос». То есть, Христос и основатель, и основание Церкви. И никто не может положить другого основания. Что означают эти слова? Они означают, что для того, чтобы сказать, что мы тоже Церковь, например, тем же харизматам, которые говорят, что являются Церковью, для этого нужно, чтобы Христос снова родился, снова здесь пострадал на кресте, умер, воскрес, было излияние Святого Духа в День пятидесятницы. Тогда мы бы сказали, ну да, это может быть тоже. По этой причине не может быть двух церквей. Из слов Спасителя это видно, Он говорит в Евангелии от Матфея 16:18: «На сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее». Смотрите, Он не говорит: создам Церкви Мои и врата ада не одолеют их. Он говорит: Церковь Мою в единственном числе, и врата ада не одолеют ее. Апостол Павел в послании к Ефесянам подтверждает эту мысль Спасителя: «Один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог, и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас». Не может быть много вер, не может быть много правильных исповеданий вер, нельзя исповедовать двух Христов. Может быть даже 10 Христов, но Один будет истинный Господь Иисус Христос, а все остальные самозванцы. Это очевидно из всего контекста Священного Писания о том, что Церковь одна. Где была первая Церковь? Это семья. Второй прообраз Церкви в Ветхом Завете – это ковчег. Кто вошел в ковчег, тот спасся, кто не вошел, тот остался за бортом. Святитель Феофан Затворник по этому поводу даже иронизировал. Он говорил, что ковчег был один, и не было повеления, чтобы строить какой-то альтернативный. Протестанты же хотят спастись на своих плотах. Поэтому то, что они делают, противоречит Священному Писанию. Ещё один прообраз Церкви Божией – это народ Израильский. Впадал этот народ в грехи? Ещё в какие. Мы знаем множество этих грехов: и золотого тельца себе излили, и известно идолопоклонничество Ахава и Иезавель, когда народ Израильский уже незнамо во что превратился. Но Господь любил этот народ до тех пор, пока он сам не отрекся от Него. Как сказано, пришел к своим, и свои Его не приняли. Поэтому теперь Господь создает Свою Новозаветную Церковь, о которой Он так и говорит: «И врата ада не одолеют ее». Я когда встречаюсь с протестантами, то спрашиваю, вы хотя бы верите в слова Христа? Они отвечают, конечно, Иисус наш Бог, мы Его любим. Я говорю, хорошо, Христос говорит: «Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее». В Священном Писании есть условные пророчества, а есть безусловные. Условные пророчества - это когда Господь говорит, если будешь делать то-то и то-то, то получишь то-то и то-то. А есть безусловные, которые не обсуждаются. Господь говорит, что создаст одну Церковь, и врата ада не одолеют ее. Поэтому так.

С.Комаров – Андрей Иванович, Господь говорит: «Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее». А в другом месте говорит: «Придя, найду ли веру на земле?». Как совместить два этих тезиса?

А.Солодков – Здесь говорится о том, что Церковь как богочеловеческий организм неодолима. А то, что приду на землю, найду ли веру на земле…. Мне кажется, что это очень хорошо иллюстрирует рассказ Владимира Соловьева, русского философа. Несмотря на то, что его заносило в разные дебри, он попадал под влияние теософии, кстати, однажды забрел в Аравийскую пустыню и чуть там не погиб, но в конце жизни он все-таки как-то примирился с Церковью, отрезвился. У него есть одно из последних произведений, которое называется «Три разговора». Там он говорит, что приходит якобы антихрист. Он садится посреди храма и начинает именно с христиан. Даже само слово «христиане» ему ненавистно. Он призывает католиков, протестантов и православных. Католики, говорит, что для вас самое главное? Ну, я знаю, что для вас самое главное – ваш Папа Римский. Понятно, что Он будет для вас главным, но после меня. Я-то уже пришел. Согласны? Они все отвечают, что согласны. Идут целовать ему туфли. Наш благодетель, наконец-то дождались. Протестанты, что для вас самое главное? Можете не отвечать, я знаю, что для вас самое главное. Для вас самое главное –

рассматривать, разбирать и собирать Библию. Я вам сделаю мировой институт исследования Библии. И тоже все к нему идут, говорят, что он их благодетель. Православные, что для вас главное? Я знаю, можете не отвечать. Ваши святыни, мощи, иконы, древности. Я вам создам мировой институт, где соберу все мощи и все реликвии. Не надо ездить на Афон, не надо в Иерусалим. Приехали скопом, приложились и отвалились. И к нему пошла большая часть. Только старец Иоанн, несколько епископов, сотни священников и тысячи православных мирян из миллиона православных христиан не пошли. Он тогда говорит: а что же вы-то? У старца, наверное, ножки болят, поднимите и помогите ему, пусть подойдет. И тогда старец Иоанн встает и говорит, что нет, у меня с ногами всё в порядке. Я просто хочу тебе сказать одно – ты лжец. Для нас главное – это Христос. И как описывает Владимир Соловьев, что обнажился лик, маска упала. Потому что антихрист – это отец лжи, дьявол, он ненавидит, когда ему говорят правду, для него нет ничего ненавистнее. У него начали расти когти, описывается его безобразный вид. В этом смысле Христос говорит: приду на землю, найду ли веру на земле? Конечно же, не всякий человек, который называет себя православным христианином, таковым является на самом деле. Потому что можно иногда сменить акцент, если так сказать, или потерять правильный вкус христианства, сменить свое исповедание веры на нечто второстепенное. Как об этом предупреждал преподобный Серафим Саровский. Он говорил, что пост, молитва, исповедь, таинство евхаристии – это всё условия, а самая главное цель – это обожение (ударение на вторую О). Точно так же, как мы сидим в студии, у нас есть стул, микрофон, чашка, чтобы попить, если горло запершит. Это же не главное! А главное – это наш эфир и проповедь Слова Божия. А все остальное -всего лишь условия для того, чтобы всё это произошло. Так и в христианской жизни есть главное и второстепенное. Есть понятие обряд, есть понятие традиция, а есть понятие догмат. Вот догмат не обсуждается. Традиция может немного разной, а обряд может быть совсем разным.

 Блаженный Августин говорил: «В главном – единство, во второстепенном – свобода, во всём – любовь». Это удивительные слова. Действительно, в главном догмате не может быть никаких обсуждений. Здесь не может быть даже, в полном смысле этого слова, теологуменов. Сейчас очень модны разговоры о теологуменах, о частном богословском мнении. Хочу напомнить, что слово теологумен в XIX веке начал использовать Адольф Гарнак. В русское богословие понятие «теологумена» ввел Василий Васильевич Болотов. У древних отцов мы даже не встречаем термин «теологумен». Я считаю, что в вопросах догматики теологуменов просто быть не может, потому что догмат – это правильное указания путей в Царствие Божие, он освящен Духом Святым. Если мне щи не понравились, или цвет одежды чей-то, здесь может быть мое частное мнение. Да, вот это мне нравится, а это не нравится, или ещё в каких-то второстепенных вопросах. Тогда пожалуйста, здесь целая палитра мнений. Что касается исповедания веры, то здесь частное мнение приведет человека к погибели.

С.Комаров – Андрей Иванович, сейчас миссия всё больше и больше переходит в интернет. Даже уже принято говорить об интернет-миссионерах, известны отец Николай Бабкин, отец Павел Островский и другие. Как вы считаете, миссия в интернете – это подлинная миссия, или все-таки миссия – это контакт устами к устам, глазами к глазам, когда люди разговаривают о Боге, и между ними -Христос?

А.Солодков – Второе, что вы сказали, конечно, лучше. Когда ты непосредственно общаешься с человеком - никакие технологии не могут заменить межличностное общение. Но мы не должны пренебрегать возможностью, которая у нас есть, то есть техническими средствами для проповеди Евангелия. На мой взгляд, это очень важно. Например, началась сейчас пандемия. Я уже говорил о Викариатской школе православного миссионера. Что делать, совсем прекратить учебный процесс? Нет, есть технологии, мы их достаточно хорошо применили. Конечно, люди не так довольны, они вспоминают, как мы встречались до пандемии. Сейчас уже тоже какие-то послабления есть. Конечно, долго это вспоминалось. Но это лучше, чем совсем никак. В этом смысле интернет и все технологии современного мира необходимо использовать как инструмент для проповеди Евангелия.

С.Комаров – Здесь есть какие-нибудь опасности?

А.Солодков – Опасность может быть в том, что мы не всегда видим людей, которым мы проповедуем. В Евангелии сказано, что не мечите бисер перед свиньями. Тут может быть такое, что люди сидят и издеваются, или не принимают что-то. Мы этого не видим воочию. Как это можно увидеть, когда нет непосредственного контакта?

С.Комаров – Андрей Иванович, мне интересно, кто вас зажег к тому, чтобы быть миссионером? Когда я начинал немного этим заниматься, у меня уже были примеры – отец Андрей Ткачев, отец Олег Стеняев. Я слушал проповеди Святейшего Патриарха Кирилла, ваши лекции смотрел. Мне было, у кого учиться. Но когда начинали вы - в Русской Церкви миссионеров как таковых не было. Наверное, только отец Александр Мень. Кто вас зажег к тому, чтобы этим заниматься?

А.Солодков – Во-первых, я не так рано пришел в церковную жизнь. Мы тогда учились у отца Олега Стеняева. Тот же отец Андрей Кураев, его ранние произведения были удивительными. И его книги, то, что он писал. К сожалению, что произошло, то произошло, не хотелось бы об этом много говорить. Ещё отец Артемий Владимиров. Я их лет на 8-10 моложе. Для нас они были ориентиром, мы их слушали. Тогда, в «Меридиане» на Калужской, был Дом культуры. Там были православные встречи. Я помню, что собирались полные залы в начале 90-х, когда это разрешили. Трудно иногда туда было даже попасть, протиснуться, люди стояли в проходах. Это была такая жажда слова! Технологии ещё не были настолько развиты, как сегодня. Радио «Радонеж» было глотком воздуха. Помню, что где бы ни был, старался эту волну поймать. Когда уезжали летом на дачу, закидывали какие-то антенны, провода, чтобы послушать радио «Радонеж». Это сейчас такой информационный поток, интернет. Мне кажется, что уже приелось всё это многообразие. Тогда мы очень этим дорожили. Я помню, что просто записывал многое, составлял для себя конспекты, учась у этих проповедников. Также помню отца Александра Шаргунова, его удивительные проповеди. Всегда были яркие личности. Нельзя сказать, что их не было. Они были, на них всегда равнялись и ориентировались.

С.Комаров – А сейчас у вас есть ученики, последователи, как команда некая, которая вам помогает в работе?

А.Солодков – Да, для этого и существует школа, это её главная задача. В Викариатской школе православного миссионера есть консультант, который ранее учился там. Например, сейчас я поехал в Анадырь. Но поехал я не просто с пустыми руками. Было 28 килограммов багажа, но я чувствовал, что у меня вещи уже не помещаются. Мы сделали листовки: «Как не попасть в секту. А если попал, что делать?». Я туда отвез 28 килограммов и православной литературы. Это всё было собрано школой, помощниками. Напечатали тысячи листовок по харизматам и баптистам, присоединили к этому различную литературу. Ещё эти люди, если есть такая необходимость - посещают на дому сектантов, людей, отпавших от Церкви.

С.Комаров – Женщина может быть миссионером? У вас учатся?

А.Солодков – Да, конечно. И достаточно успешно и активно. Есть одна женщина, которая закончила курс, и работает в Обществе трезвости. У неё очень хорошо получается. Будучи в неоязыческих сектах, многие люди сталкиваются с беспробудным пьянством, потому что язычество даже рекомендует отключить разум. Им приходится обращаться в эту структуру «Общество трезвости».

С.Комаров – Что бы вы посоветовали человеку, который хочет стать миссионером?

А.Солодков – Миссионер – это призвание. Я всегда говорю о том, что миссионерству научить нельзя. Если человек слышит голос Божий, призыв, то надо идти искать ту миссионерскую школу, в которой он мог бы получить необходимые знания. Это и Елоховский Собор, и наша Викариатская школа православного миссионера, и школа  на Кантемировской. Их немного, к сожалению, даже в Москве. Я знаю 5 таких нормальных школ. Кроме перечисленных есть ещё школа на Юго-Западной и школа отца Игоря Фомина. В интернете можно набрать Викариатская школа православного миссионера, там будет показан список из 5 школ.

С.Комаров – Спасибо большое, Андрей Иванович. Надеюсь, что сказанное сегодня ляжет кому-то на душу, чье-то сердце отзовется к проповеди Господа нашего Иисуса Христа. В гостях у нас был преподаватель Сретенской Академии, Перервинской духовной семинарии, Викариатской школы православного миссионера, историк религий и миссионер Андрей Иванович Солодков. Спасибо вам большое. Друзья, до новых встреч.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Простите, это проверка, что вы человек, а не робот.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс тИЦКаталог Православное Христианство.Ру Электронное периодическое издание «Радонеж.ру» Свидетельство о регистрации от 12.02.2009 Эл № ФС 77-35297 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Копирование материалов сайта возможно только с указанием адреса источника 2016 © «Радонеж.ру» Адрес: 115326, г. Москва, ул. Пятницкая, д. 25 Тел.: (495) 772 79 61, тел./факс: (495) 959 44 45 E-mail: [email protected]

Дорогие братья и сестры, радио и газета «Радонеж» существуют исключительно благодаря вашей поддержке! Помощь

-
+