Перейти к основному содержанию

18:08 06.05.2021

\"Приход - это новая Россия\"

28.03.2013 08:42:04

Добрый вечер, дорогие братья и сестры! У микрофона протоиерей Аркадий Шатов. Сегодня мы начинаем цикл передач о приходской жизни.
Понятие прихода в наше время совсем не то, что до революции. Тогда приходов было много, каждый человек был приписан к тому или другому храму. В этом храме его крестили, венчали, отпевали, в этом храме он исповедовался. Священники обычно служили в одном храме от своего назначения до смерти. Переводили священников с места на место редко. На приходе служили потомки священника, его сыновья или зятья: те, которые брали замуж его дочерей. Поэтому приход жил неспешной жизнью, соединял рядом живущих людей.
В советское время, во времена безбожного гонения на Церковь, приходы были разрушены, храмов стало мало, священников постоянно переводили с места на место -- и приходская община не образовывалась. Общины были редки. Но сейчас, когда Церковь существует свободно уже больше 15 лет, появились приходские общины. Конечно, они не похожи на те общины, которые были до революции. Отчасти потому, что не сохранились традиции, которые были раньше, отчасти потому, что многое вокруг изменилось.
Мне кажется, что мы все с вами призваны участвовать в возрождении приходской жизни. Если человек просто приходит в храм поставить свечку, если он ходит из храма в храм, если у него нет духовника, нет близких православных друзей, то он часто потерян, одинок, ему труднее противостоять искушениям современного мира. Участие в приходской жизни много значит. Для воспитания детей важно, чтобы они знали, что это их храм, их батюшка. В приходах создаются воскресные школы, патронажные службы, в приходах образуются музеи, хоры прихожан.
Мне кажется, приход важен не только для спасения каждого из нас с нами, но важен для спасения России. Потому что в приходе начинается здоровая жизнь, жизнь духовная. И если вокруг нас, можно сказать, многое погибает, если вокруг нас много греха и грязи, то в приходе появляются ростки новой жизни, это новая Россия, Святая Русь.
Поэтому мы решили побеседовать с вами о жизни прихода, рассказать о том, что известно нам, послушать ваши рассказы о приходской жизни и ответить на ваши вопросы.
Сегодня мы начнем нашу передачу с беседы о том, что является самым главным для жизни прихода. Надеемся, что этот разговор продолжится и в следующей передаче, и во всех передачах нашего цикла. В каждой мы хотели бы предлагать вашему вниманию репортаж о жизни того или другого московского храма. Если удастся, расскажем о храмах подмосковных и о храмах других городов. На каждую передачу мы собираемся приглашать интересных прихожан, чтобы в передаче у нас шел разговор о церковном служении. Ведь приход должны составлять не просто инертные люди, которые пришли в церковь что-то получить. Приход, активный приход состоит из людей, которые пришли что-то отдать. Отдать свою любовь, отдать свое время, свои силы, поделиться тем, что у них есть, с другими, с теми, у кого этого нет. Приходских служений сейчас очень много. Есть певчие, есть просфорники, есть чтецы, есть люди, которые возрождают музеи приходские, есть требные сестры, сестры милосердия.

Сегодня мы пригласили Люду Герасимову, которая является требной сестрой в институте имени Склифософского. Добрый вечер, Люда.
-- Добрый вечер.

--А сначала рассказ о самом главном. Конечно, приходы очень разнообразны. Конечно, приход от прихода отличается, в каждом складываются какие-то обычаи, какие-то правила. Даже служба иногда ведется немножко по-другому, это зависит от интересов настоятеля, от особенностей того или иного прихода. Но в каждом приходе есть одно главное, то главное, что является общим делом для всех христиан. То главное, без чего мы не можем с вами называться православными христианами. Это общее дело так и называется на латыни «общее дело», то есть «литургия». Литургия является главным в приходской жизни. Ни какие-то дела после литургии, ни общение людей между собой, ни воскресная школа -- ничто не может сравниться с литургией. От того, насколько благоговейно участвуют в литургии члены прихода, от того, насколько они понимают важность литургии, от того, насколько осознанно они воспринимают совершение литургии, насколько они усердно молятся на литургии, и зависит дух прихода.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский, который служил литургию каждый день говорил, что когда он совершает литургию -- он умирает, и обличал своих современников в том, что они маложизненно участвуют в литургии. Боюсь, что это обличение относится и к нам с вами, дорогие братья и сестры. Я не говорю здесь о том, что мы редко причащаемся или что в наших приходах редко причащаются прихожане. Дело не в том, как часто причащается человек, а дело в том, насколько он благоговейно относится к причастию, дело в том, насколько глубоко переживает он причащение, дело в том, насколько есть в нем страх Божий, насколько он серьезно готовится к причастию и насколько он хранит тот Дар, который получил. От этого зависит отношение к литургии. Конечно, литургию нужно изучать всю жизнь. Конечно, нельзя проникнуть во все тайны литургии, поскольку литургия есть не просто некое чинопоследование, составленное людьми, литургия есть исполнение той заповеди, которую дал нам Господь. Он велел нам совершать литургию и вспоминать о его смерти и возвещать его Воскресение. Литургия есть явление здесь, на земле, Царства Небесного. Литургия есть самая главная радость нашей жизни. Литургия -- это то, с чего начинается каждое наше дело. Литургия -- это то, чем, наверное, мы с вами хотели бы закончить нашу жизнь. Так что в нашей передаче нам с вами нужно обязательно беседовать о литургии. Нужно изучать ее. Нужно вспоминать о том, что говорили о литургии святые отцы, как писал о литургии святой и праведный Иоанн Кронштадтский в своих дневниках «Моя жизнь во Христе».
Это очень актуально и очень важно для нас с вами. Потому что даже по своим прихожанам я вижу, как часто люди ведут себя на литургии неблагоговейно. Приходят на службу позже, чем нужно, не знают, что делать с детьми во время литургии. Очень часто сразу после причастия прихожан смущают разные страсти, и люди начинают грешить. Об этом мы будем говорить в первой части наших передач…

Вопрос радиослушительницы: -- Здравствуйте, батюшка! Раба Божья Валентина. Благословите! Я хотела бы выразить свое отношение к образованию приходов. Это прекрасно, это необходимо -- особенно в наше время, когда народ разобщен. Но все это зависит от настоятеля храма. Я приведу пример. Храм Николы на Берсеневке. Там отец Кирилл Сахаров. Там приход, в котором все друг другу братья и сестры. Сейчас я далеко от этого храма живу, хожу в другой храм. Здесь ничего нет -- никому мы не нужны, постояли, помолились и уходим. Сколько лет я здесь живу, никого не знаю, меня никто не знает. Конечно, это плохо.
-- Я согласен с вами, что многое зависит от настоятеля. Но не все. Очень многое зависит от вас, дорогие братья и сестры. Кроме всего прочего, если в приходе нет общины, можно найти себе другой храм и можно войти в другую общину. Этот вопрос тоже можно как-то решить. Мне кажется, что каждый православный христианин должен участвовать в приходской жизни, что вне этой жизни очень трудно спастись. Что Церковь это не просто что-то абстрактное. Церковь -- та духовная семья, в которую входит человек, принимая крещение. Без этой семьи ему одиноко, без этой семьи нет у него того церковного корабля, на котором можно спастись в любую бурю…

Вопрос радиослушителя-- Как быть, если в приходе нет практики частого причащения, если батюшка не разрешает часто причащаться?
-- Я думаю, что если вы живете в Москве, то можете найти такой приход, где священники разрешают часто причащаться. В Москве есть разные приходы. Но мне бы хотелось вам сказать, что главное не в том, чтобы часто причащаться. Главное -- стремиться к причащению и относиться к этому благоговейно. В своих посланиях апостол Павел не говорит, что нужно часто причащаться. Он говорит, что нужно причащаться с рассуждением. Если мы причащаемся без рассуждения, тогда мы согрешаем. Я знаю одну общину в Москве, где причащаются очень часто все. И толку от этого мало. Наоборот, там есть и распущенность, есть и самочиние в этой общине. А, скажем, митрополит Антоний Сурожский --замечательный духовный человек -- не стремился часто причащаться и не благословлял своих духовных чад часто причащаться. Но, тем не менее, все-таки он сохранял удивительное благоговение к литургии. Так что вопрос все-таки не в этом…

Сейчас в разных приходах есть люди, которые исполняют разные служения. Батюшка один не может возродить приходскую жизнь. Ему нужно проповедовать, служить литургию, исповедовать, он часто бывает обременен многодетной семьей. Батюшки сейчас очень загружены, поэтому священникам должны помогать вы, дорогие братья и сестры. Ваше служение очень важное, очень нужное, служений очень много, можно выбрать то, которое вам по душе. Церковь сейчас свободна, мы можем с вами делать много разных полезных вещей.
Вот у нас в студии сегодня Людочка. Она у нас требная сестра. Сначала давайте разберемся, что такое «требная сестра». Наверное, это не всем понятно.
Людмила Герасимова: --Да, люди не понимают, что это такое, и вопросы обычно задают такие: «требная», это та, которая что-то требует или мы можем требовать от нее все, что мы захотим…

-- Требная сестра -- это та сестра, которая помогает при совершении треб. Какие же это требы, Людочка?
-- Это, например, исповедь больного в больнице, причащение больного там же, крещение, таинство елеосвящения (или соборование), совершение водосвятных молебнов и просто молебнов -- например, перед началом благого дела.

-- Как же, интересно, ты помогаешь при этом? Чем ты можешь помочь при совершении исповеди?
-- Тем, что предварительно беседую с людьми, которые лежат в больнице. Подчас они не знают о Боге или мало знают, хотя желают о Нем услышать. Так как для совершения таинства исповеди необходима некая подготовка, то предварительно я рассказываю им о вере, о жизни церковной, о таинствах, о богослужении. Отвечаю на вопросы. Множество суеверий сейчас в больницах и не только в больницах. Некоторые, вообще впервые слышат слово «исповедь» и «причастие».

-- А как ты этих людей находишь? В институте Склифософского пока храм еще не открыт.
-- Да, храм там не открыт.

-- Вот если человек попал в больницу, как он находит тебя или как ты находишь его? Ты обходишь специально отделения или люди знают, где ты находишься и приходят сами туда, родственники? Как это происходит?
--У нас в каждом отделении висят особые объявления о том, что есть возможность пригласить священника, участвовать в таинствах. И я сама каждую неделю обхожу эти отделения.

-- Ты обходишь весь институт? Сколько там коек в институте?
-- Около 1600 коек.

-- И за неделю ты обходишь всех больных?
-- Нет. За неделю я обхожу только несколько отделений, в течение, может быть, месяца-полтора получается охватить весь институт.

-- А как же ты действуешь? Заходишь в палаты и говоришь: здравствуйте, дорогие братья и сестры, я хочу помочь вам поисповедоваться? Или как?
-- Конечно, в первую очередь здороваюсь, представляюсь и рассказываю, что я сама из больничного храма. Что у нас здесь есть храм и православный священник.

-- У вас есть специальная форма?
-- Да, есть специальная форма, которая отличает меня от медсестер, которые окружают больных, от простых людей, их посещающих. Я рассказываю о том, что если у них есть желание, если они хотят, можно увидеться с батюшкой, можно пригласить его побеседовать. Некоторые не расположены слышать ни о Боге, ни о вере, ни о жизни церковной. А другие сразу откликаются и задают множество вопросов.

-- А на все вопросы ты можешь ответить? У тебя есть какое-то богословское образование или какая-то практика? Ты давно работаешь требной сестрой?
-- Пятый год получается. Я окончила училище сестер милосердия при 1-й Градской больнице. Там давали богословское образование, у нас были очень хорошие уроки: и литургика, и догматика, и духовные основы милосердия, где нам рассказывали, как подходить к человеку. О церковных таинствах тоже.

-- Приходится ходить в больницу ночью? Тебя вызывают в любое время? Или как? У тебя есть какие-то выходные?
-- Бывает, что и ночью приходится идти, поздно вечером.

-- Это служение радостное для тебя? Понятно, что оно нужно людям. А вот для тебя самой это не трудное служение? Чего больше в нем -- радости или наоборот скорбей каких-то, трудностей?
-- Я думаю, что все-таки больше радости.

-- А в чем эта радость заключается?
-- Видеть радость других, видеть, как люди исповедуются, причащаются. Некоторые, может быть, в последний раз, перед смертью. Это большая радость видеть, как человек приходит к Богу.

-- Ты помнишь по именам тех больных, кому тебе удалось помочь прийти к Богу?
-- Да, конечно. Например, одного звали Владимир. Он был не крещеный человек, но давно стремился, видно, принять крещение. Он говорил: «Я всю жизнь верю, что Господь меня примет. Верю, что Он меня слышит, молюсь Ему. Я не боюсь умирать, потому что знаю, что приму крещение и буду с Богом». Ему было около 70 лет, и поражало его постоянное памятование о Боге. Он принял крещение в больничном храме в Великую Субботу. А на Троицу скончался. То есть можно сказать уверенно, что душа его с Богом.

Вопрос радиослушательницы: -- Скажите, пожалуйста, возможно обсуждать и осуждать прихожанам дела и служение настоятеля? И как вести себя, невольно оказавшись свидетельницей этих разговоров?
о.Аркадий Шатов--Да, очень вопрос тяжелый. Я ставлю себя на место настоятеля, дела которого обсуждают или осуждают, и думаю, что я наверное предпочел бы, чтобы мне замечания высказывали вслух лично, а не говорили за моей спиной. И мне бы хотелось, чтобы эти замечания были конструктивными: не просто критика моих действий, а предложения по улучшению той жизни, которая есть в приходе. Я бываю очень рад, если мне кто-то говорит, что, батюшка, нужно сделать то-то и то-то. Я говорю: очень хорошо, давайте сделаем. Кто будет делать? Вы готовы начать? Да. Ну что же, хорошо. Мне кажется, что нужно именно так вести себя в приходе. Не просто высказывать критику какую-то, не просто за спиной настоятеля говорить о том, что он делает плохо или хорошо, а предложить, как сделать так, чтобы было лучше. Если настоятель совершает какие-то страшные смертные грехи, я думаю, нужно не обсуждать это, не говорить об этом, а донести до сведения священноначалия. Епископом города Москвы является Святейший Патриарх, и Святейший Патриарх очень взыскательно относится к служению священников. Я думаю, что ни одно обращение к Святейшему Патриарху не останется без ответа. Он поручит кому-то из викариев разобраться в этом вопросе, как быть и как поступить в таком конкретном случае…

Мы продолжаем нашу беседу с требной сестрой. Сколько людей, Людочка, удается причастить в неделю, скажем, в институте Склифософского?
-- 30, может быть, 36 человек. Сейчас, так как храм еще не открыт, батюшка приходит туда в институт один раз в неделю (не считая срочных вызовов к тяжелым больным).

-- Я хочу сказать вам, дорогие братья и сестры, что в Москве очень много больниц, где до сих пор нет таких сестер. И заботой комиссии по церковной социальной деятельности является поиск людей для такой работы. Если кто-то из вас хочет участвовать в этом служении, то я очень прошу вас обратиться в нашу комиссию и позвонить по телефону 237-20-78 или по справочному телефону милосердия 107-70-01. Оставить свои координаты и мы постараемся вас к этой работе привлечь. Ведь если бы не Людочка и не те требные сестры, которые помогают священникам в Морозовской больнице, в Бакулевском институте, в Первой Градской больнице, в других больницах, где есть больничные храмы или где их нет, то очень многие люди остались без причастия. Священник сам заниматься собором информации и обходить палаты не всегда может. А чаще и не может совсем. И тут помогают такие люди замечательные, как требные сестры, как Людочка, как другие люди. Я знаю, например, такой детский дом для детей-инвалидов, где очень активная требная сестра приглашает батюшек для причастия бедных детей. И если бы не эти люди, то многие бы наши соотечественники умерли бы без причастия, умерли бы вне Церкви, не получили бы прощения своих грехов. Так что это служение мне кажется очень нужным. Сейчас даже есть благотворители, которые готовы оплачивать это служение, готовы содержать этих сестер при больницах. Поэтому я еще раз повторяю, что если у вас есть желание принять участие в этой работе, благодаря которой любовь взрастает в душе человека, то будем очень рады вас на это служение пригласить...
-- Скажи, пожалуйста, Людочка, для этого служения нужно обладать какими-то медицинскими навыками, нужно понимать состояние больного, или это не обязательно?
--Я думаю, что это одно из необходимых условий этой работы.

-- То есть если человек не является медсестрой или врачом, он быть требной сестрой не может?
-- Может, если он пройдет предварительные курсы или кто-то его обучит.

-- То есть человек должен понимать, при каких заболеваниях нужно срочно звать батюшку?
-- Вот, например, привозят больного в реанимационное отделение, у него тромбоболия легочной артерии -- при этом заболевании смерть может настигнуть человека буквально в любое время. То же самое при кишечном кровотечении, в тяжелом послеоперационном состоянии.

-- Приходится вам с батюшкой иногда бежать, что называется, сломя голову? Бывали ли такие случаи, когда вы опаздывали?
-- Да. Могу рассказать один такой случай. Нас вызвали одновременно в два места -- в 20-ю больницу крестить тяжелого новорожденного и в дом совсем на другом конце Москвы к больной женщине. Ее звали Нина. Родственники сказали, что хорошо бы приехать ее пособоровать, как они выразились, и что вроде как время ждет. Мы поехали с батюшкой сначала покрестили младенца. И тут нам позвонили из нашего больничного храма: быстрей, Нина умирает. Мы приехали к ее дому, помчались на 5-й этаж, лифта не было. Позвонили в дверь, нам говорят: она 10 минут назад умерла. У меня все упало внутри, такое ужасное состояние. Мы пришли, я посмотрела -- у нее был пульс. Родственники говорят: мы вызвали уже скорую помощь, чтобы констатировали смерть. Нина была человеком церковным, за две недели до этого исповедовалась, причащалась. У нее был пульс на сонных артериях, периферических. Она еще не умерла. Поэтому ее можно было причастить.

Вопрос радиослушателя: -- Добрый вечер. Я многие годы хожу в храм, но вот никакой общины или приходской жизни там что-то не видно. У меня большая просьба: может быть, вы найдете возможным, как-то целиком посвятить ваш час рассказу о том, что же такое приходская жизнь.
о.Аркадий Шатов: -- Мы хотим посвятить этому целый цикл передач. Я боюсь, что дать приходской жизни некое определение, как дается определение какому-то историческому явлению или явлению в физическом мире, достаточно сложно. Но дать картину приходской жизни – пускай, может быть, эта картина будет немножко импрессионистическая -- мне попытаемся в наших передачах. А сейчас для вас прозвучит в прямом эфире репортаж о приходской жизни одного из храмов города Москвы. Хотите послушать?

радиослушатель:-- Я непременно послушаю. Но все-таки у меня просьба именно к вам в ближайшие ваши передачи рассказать, что это такое и как оно должно быть и не только применительно к больнице. Благодарю вас.

-- Всего доброго. Тогда сейчас, у нас готов репортаж о храме Воскресения Христова в Кадашах. Это приход, который строился и существовал даже до того, как он получил здание, храм...

РЕПОРТАЖ.
Подхожу по нетронутому снегу к храму. Ловлю себя на мысли, что пропало ощущение центра Москвы. Вижу небольшое строение с крестом наверху. Оказывается, что это маленький храм, переделанный из бывшего каретного сарая. На дверях записка: «Воскресная литургия совершается в верхнем храме. Вход через северные двери».
Иду искать вход в большой двухэтажный храм. Массивные двери приоткрыты. Захожу. Наверх ведет лестница. Это парадный вход. Сейчас единственный, потому что нижний храм еще не освобожден. Читаю небольшое объявление: «Братья и сестры! Вашему храму нужна ваша помощь. Приходите убирать, не откладывая».
Это храм не чей-то, он свой, выстраданный, а потому особенно дорогой. Рассказывает одна из прихожанок храма: «Храм расположен в самом центре Москвы, в таком районе, где почти нет жилых домов. Со всех сторон офисы. Поэтому у нас такой приход был до последнего времени, в котором достаточно редко появлялись люди случайно зашедшие. То есть приход состоял из чад нашего духовника, которые вслед за ним перешли из того храма, где он прежде служил, в тот храм, где он был назначен настоятелем».
Несмотря на 12-летний возраст общины, здесь все совершается, как будто в первый раз. 23 января было первое венчание, первая свадьба -- по прошествии ровно 70 лет после закрытия храма в 1934 году. И даже свадебные завсегдатаи говорили, что такой радости и благодати давно не видывали. Первое Рождество и первое Крещение, Великий пост и первая Пасха, на которую приходится и престольный праздник храма Воскресения Христова в Кадашах.
Сейчас кадашевская община насчитывает около 200 человек. Она существует вопреки тому, что все эти годы их храм был недоступен. После закрытия храма в 1934 году здесь был архив КГБ, потом всевозможные учреждения, а в 60-е годы храм заняли реставрационные мастерские. О том, как боролись прихожане за свой храм, наверное, известно.
После 12-летнего существования практически на улице община отстояла свой храм. О том, как все начиналось, вспоминает прихожанка другого московского прихода: «Я долго туда не могла собраться. А когда пришла, увидела, что у них там проблемы серьезные и тяжелые. Стоит рядом храм, а прихожане вокруг как бы этого храма: ютятся в каком-то сарайчике, повесили иконы, молятся, творят литургию. А храм, огромный прекрасный храм, занят какими-то иными людьми».
Тем не менее приход развивался. Люди в первую очередь стали заниматься тем, что у них уже было. А были дети. Была создана воскресная школа и каждое воскресенье после литургии дети и их родители шли в подвальчик, где была организована кухонька-трапезная. Потом начинались занятия: пение, лепка, рисование. Часто группы детей выводились в город -- в Третьяковскую галерею, в Кремль. Организовывались и более дальние поездки -- в Лавру, Хотьково и Радонеж.
Те прихожане, которые не спешили после службы на занятия с детьми, нашли для себя дело -- они стали сажать цветы и ухаживать за ними. Это было одно из тех немногих дел по устройству внешней жизни, которое им было дозволено делать, пока основного храмового здания не было. Действительно, это уголок старой Москвы, из которого прихожане сделали поистине Божье место.
«Вокруг храма должно быть красиво. Пространство вокруг храма должно быть грамотно организовано. Правильно? Чтобы человек, просто приходящий, не верующий видел, что здесь не какие-то полоумные люди живут. Что они понимают в современном дизайне, стараются, чтобы вокруг было красиво».
Общеприходским делом можно назвать и создание своего музея. Основная его экспозиция появилась, когда по территории храма прокладывали теплоцентраль. Специалистам хорошо известно, что весь центр Москвы, в том числе и вся территория вокруг этого храма, это археологический слой, в котором сохранились драгоценные останки истории. Сам храм построен в XVII веке, но построен он на фундаменте двух храмов. Первый храм XIV века, он деревянный, второй XV столетия -- каменный.
В советское время естественный уровень земли был поднят привозной землей. Но земля эта необычная. Когда строили станцию метро «Новокузнецкая», взорвали храм Параскевы Пятницкой. Соответственно весь погост и все захоронения были нарушены и вывезены в Кадаши и в храм Николая Чудотворца в Пыжах. Поэтому, когда здесь копают, уже на штык-лопаты попадают интересные находки: например, осколок глиняной трубочки XVIII века с очень тонким красивым орнаментом.
Другая часть музейной экспозиции -- различные дары и подношения. Например, известно, что в начале XX века в храме не раз служил святейший патриарх Тихон. Рассказывает об этом настоятель храма Воскресения Христова в Кадашах отец Александр Салтыков.
«Когда приход возродился, мы стали собирать сведения о тех, кто вообще жил рядом, стали собирать старых жителей Кадашевской слободы. Они сюда охотно приходят. Их всех расселили по окраинам, а всем понятно, как человек привязан к своей малой родине. Они сами дети прихожан, многие из них верующие люди.
Однажды мы узнали такую историю. Как-то раз сюда приехал служить патриарх Тихон. После службы к нему подошла одна женщина, которая жила здесь во дворе в полуподвале и пригласила его к себе покушать. И патриарх так запросто пошел к ней обедать -- в этот полуподвал… Прошло много лет.
Минувшим летом открываем музей, приглашаем местных жителей. Приходит человек со своей старенькой мамой, зовут его Андрей Захирович Хаджаев. «Вот мы с мамой решили подарить в день открытия музея те тарелочки, из которых кушал патриарх Тихон». Разворачивает и дарит нам эти две тарелки».
Оказывается, что эта старенькая мама была дочкой той самой женщины, которая принимала у себя святейшего патриарха Тихона…
Итак, заканчивается старый период кадашевской общины. Начинается новый. Вовсю идут переговоры о реставрации храма. Начинают активно появляться новые люди. Напоследок хочется задать вопрос настоятелю храма Воскресения Христова в Кадашах отцу Александру Салтыкову: «Произошли ли какие-то изменения, как только вы стали полноправными хозяевами храма, и как будет развиваться приходская жизнь дальше?»
«У нас, конечно, небольшой приход. Это неудивительно, потому что с одной стороны храмик маленький, очень тесный, в нем просто бывало трудно дышать. С другой стороны, у него тонкие стены, зимой они промерзают. Теперь же, как только мы открыли храм на втором этаже, стали приходить разные новые люди, в храме сейчас всегда кто-то есть. Храм привлекает своей красотой, своей историей, в нем легко молиться.
Планы есть, конечно. У нас воскресная школа. Обязательно будем развивать музей. Музей -- это важное социально-культурное служение нашего прихода. Может, это парадоксально связано с тем, что я сам изначально музейный работник. И музей мы будем расширять. Правда наш музей пока имеет мало предметов собственно церковного назначения, но такие предметы тоже есть. А исторические древности, которые у нас собрались, сами по себе представляют большую познавательную, культурную ценность, и я думаю, что они для Церкви тоже нужны».

Вопрос радиослушательницы: -- Благословите, отец Аркадий. Раба Божья Надежда. Батюшка, мне хотелось бы на два вопроса получить ответ. Первый вопрос: какова роль батюшки в создании и активизации приходской жизни самой?
о.Аркадий Шатов-- Я думаю, что ответить очень легко. Конечно роль батюшки главная, наверное.

-- Дело в том, что я прихожанка храма на патриаршем подворье. И поэтому у нас немного другой статус. Как таковой общины там нет.
-- Община приходская может возникнуть и на патриаршьем подворье, и в храме, что называется, приходском. Дело не в статусе, а в духовной жизни прихода.

-- Понимаете, у нас люди жаждут принять участие в каком-то доброделании, но реально они не востребованы. Некоторые даже из-за этого покидают храм. Но мне, например, очень жалко, потому что мы призваны служить там, где Господь нас поставил. Конечно, мы можем пойти служить и в другие места, но тогда это место будет пусто.
-- Конечно, в каждом случае решение может быть разным. Нужно подходить к этому как-то мудро. Иногда приходится уходить из храма, иногда нужно оставаться там, чтобы действительно храм не остался пуст. Нельзя сказать, что миряне ничего сделать не могут. Во-первых они могут молиться…

-- Я понимаю, батюшка, что именно миряне и есть основная сила в социальном служении.
-- Не только социальном. Писать иконы, петь на клиросе. Это же миряне делают. Это же участие в богослужении. Можно так читать молитвы, что это будет всех людей, кто в храме находится, заставлять молиться. И хор может так звучать, что это будет помогать молиться, а может и мешать...

Храни вас Господь. До свидания.

Источник: Mилосердие.ru

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и абзацы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Простите, это проверка, что вы человек, а не робот.
Рейтинг@Mail.ru Яндекс тИЦКаталог Православное Христианство.Ру Электронное периодическое издание «Радонеж.ру» Свидетельство о регистрации от 12.02.2009 Эл № ФС 77-35297 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Копирование материалов сайта возможно только с указанием адреса источника 2016 © «Радонеж.ру» Адрес: 115326, г. Москва, ул. Пятницкая, д. 25 Тел.: (495) 772 79 61, тел./факс: (495) 959 44 45 E-mail: [email protected]

Дорогие братья и сестры, радио и газета «Радонеж» существуют исключительно благодаря вашей поддержке! Помощь

-
+