Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»

Затем также вероломно и до объявления войны японская эскадра напала на два русских корабля, стоявших в нейтральном корейском порту Чемульпо.

Первая война ХХ столетия

В этой войне руками японцев с нами воевали США и Великобритания. Целью мирового финансового интернационала, который стоял за политическими элитами враждебных России государств, было сокрушить или хотя бы как можно сильнее ослабить Российскую империю руками японцев. Русская держава как оплот христианской государственности была главным врагом мирового интернационала ростовщиков.

О Русско-японской войне можно говорить много. Это была первая война ХХ века, в которой использовались новейшие достижения науки, применялись новые вооружения. Как сегодня бы сказали, оружие нового поколения применялось и в сухопутной войне, и в морских сражениях.

Вооружили Японию самым современным оружием. Великобритания и США оказывали Японии в этой войне всяческую поддержку, банкиры Англии и США полностью готовили и финансировали войну с Россией.

Кроме того, стремясь разжечь революционный пожар в России, мировой финансовый капитал щедро финансировал уютно устроившихся в Лондоне сепаратистов всех мастей и революционеров, мечтавших свергнуть самодержавие и развалить Российскую империю.

В ХХI веке в Лондоне традиционно находят убежище любые радикалы, террористы и т.н. борцы за свободу и демократию, которые устраивают в своих странах цветные революции и гражданские войны. Сегодня Англия самый упорный и заклятый враг из всей коалиции 50 стран, противостоящих нам в нынешней войне на Украине с коллективным западом, превратившимся в Четвертый рейх.

В начале ХХ столетия, к сожалению, в Российской империи к такому развитию событий были не готовы. В Петербурге не представляли всей опасности усилий британских спецслужб по разжиганию революционной смуты внутри страны. Но враг внутренний для Российской империи оказался опаснее врага внешнего.

Не были готовы в Петербурге и к тому, что японцы вероломно, без объявления войны начнут боевые действия. Войны между собой христианские страны в то время так не начинали. Но у самураев был свой кодекс чести и свои представления о ведении войны.

«Гордый красавец “Варяг”»

Крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» находились в корейском порту Чемульпо. Корея в то время была нейтральным суверенным государством.

Официально «Варягу», предстояло служить в качестве «стационара» в Чемульпо (ныне морской пригород Сеула, столицы Южной Кореи). «Стационарами» назывались военные суда, стоявшие в иностранных гаванях для поддержки своих дипломатических представительств. В то время это была распространённая практика, и в порту Чемульпо рядом с нашими кораблями находились военные суда-стационары Англии, Франции, США и Италии, защищавшие свои посольства.

Русский новейший быстроходный крейсер «Варяг» был спущен на воду в 1901 году в Филадельфии. Отечественная промышленность не справлялась с валом военных заказов и нередко новейшие корабли строились за границей. Крейсер «Варяг» по заказу российского флота был заложен на американской верфи «Чарльз Уильм Крамп и сыновья» в Филадельфии в мае 1898 года. Спустя год и несколько месяцев судно спустили на воду. Это произошло 1 ноября 1899 года.

Кстати, интересная история, которая много говорит о русских моряках. Пока на американской верфи строили крейсер, прибывший в Филадельфию экипаж «Варяга» успел построить в городе православный храм. Русские моряки увидели, что в Филадельфии очень много эмигрировавших из Австро-Венгрии карпато-русов, православных русинов, которые страдают без храма. И сбросившись, на свои деньги экипаж построил православный храм. В этом храме сегодня служит православный священник по происхождению шотландец. И до сих пор поименно поминают весь экипаж на каждом Богослужении.

«Варяг» был новым современным быстроходным бронепалубным крейсером. Были, конечно, на этом корабле некоторые недочеты, выявившиеся уже в ходе войны. Например, орудия были, не в бронированных казематах. Чтбы добиться высокой скорости, орудия даже не стали прикрывать бронещитами.  И 6-дюймовые (152 мм) орудия стояли на палубе открытыми, что привело во время сражения к большим потерям от осколков японских снарядов. Но, к сожалению, крейсер «Варяг» не стал самым быстроходным крейсером, как предполагалось.

В компании «Чарльз Уильм Крамп и сыновья»  поставили паровые котлы новой, самой современной, но недостаточно испытанной системы Никлосса, вместо котлов Бельвилля. На испытаниях «Варяг» действительно разогнался до 25 узлов, став самым быстроходным крейсером в мире, но, к сожалению, всего лишь один раз. Оказалось, о чем никто и не подозревал, что на высоких скоростях котлы Никлосса стремительно изнашиваются. Кораблю потребовался серьезный и сложный ремонт. Но и после ремонта котлов крейсер не мог развивать больше 19 узлов, а рекомендованная ему скорость оказалась всего 14 узлов. Но это выяснилось гораздо позже.

Современники описавают свои впечатления при встрече в Кронштадте «Варяга»:

«Внешне он был похож скорее на океанскую яхту, нежели на боевой крейсер. Явление «Варяга» Кронштадту было обставлено как эффектное зрелище. Под звуки военного оркестра на Большой рейд вошёл изящный крейсер в ослепительно белой парадной окраске. И утреннее солнце отразилось в никелированных стволах орудий главного калибра».

Крейсером «Варяг» командовал капитан 1 ранга Всеволод Федорович Руднев. Он был замечательным потомственным моряком из дворян Тульской губернии Рудневых, род которых дал Русскому Военно-Морскому Флоту 14 моряков, среди которых были и капитаны кораблей, и контр-адмиралы.

Рудневы сражались и при Наварине, и в других славных сражениях Русского Флота. Первым моряком среди предков Всеволода Фёдоровича, был матрос Семён Руднев. Он участвовал в бою под Азовом и получил офицерский чин по указу Петра Первого («За храбрость»). Отец капитана «Варяга» Фёдор Николаевич Руднев – герой русско-турецкой войны 1828-1829 годов, участвовал в сражениях на Чёрном, Средиземном и Адриатическом морях, в блокаде Дарданелл и Константинополя.

А корабельным священником был на «Варяге» тоже был Руднев, отец Михаил, однофамилец капитана.

Кроме «Варяга» в Чемульпо были еще стационары. Англии – крейсер «Талбот» под командованием командора сэра Джеймса Бейли. Франции –  крейсер «Паскаль» под командованием Виктора Сене. Италия – крейсер «Эльба», капитан Бореа. И американская канонерская лодка «Витсбург», капитан Маршалл. И стоял японец, японский крейсер «Чимода». Но перед тем как порт блокировали корабли адмирала Уриу, японец тайно ночью, с погашенными огнями сбежал из Чемульпо и присоединился к японской эскадре.

Удар до обявления войны японцами по военно-морской базе США в Перл-Харборе в 1942 году стал символом японского коварства. Но впервые с коварством самураев России пришлось столкнуться в начале ХХ века. Хотя дипломаты в министерстве иностранных дел России могли бы внимательнее изучать психологию и традиции японских самураев. И предположить, что упорное желание Петербурга мирным путем разграничить с Японией сферы влияния в Корее и Китае, в Токио воспримут как слабость России.

Война в 1904 году начиналась с торпедирования русских кораблей на внешнем рейде Порт-Артура. Лишь после этого вероломного нападения посол Японии в Петербурге объявил о начале войны. Подобное коварство свойственно японской национальной традиции.

 И до объявления войны японская эскадра блокирует корейский порт Чемульпо, где находились крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Чтобы нападение на русские корабли в нейтральном корейском порту оказалось внезапным, японцы за несколько дней до этого полностью нарушили телеграфную связь Чемульпо с внешним миром. Российский консул и русские моряки не могли связаться не только с Петербургом, но и с нашей военно-морской базой в Порт-Артуре. Если бы Руднев получил вовремя известие о разрыве дипломатических отношений Японии с Россией, то успел бы увести русские корабли в Порт-Артур. Но командир «Варяга», выполняя приказ, находился в распоряжении русского посланника в Корее Павлова. А дипломат не решался действовать, не получив распоряжений из Петербурга. 

«Мы будем сражаться и пойдем на прорыв»

Под командованием японского адмирала Уриу эскадра из 14 вымпелов  (это 14 боевых кораблей), 6 крейсеров, из них 5 бронепалубных, а 6-й крейсер другого ранга, т.е. более мощный, тяжелый броненосный крейсер «Асама».

В бою один «Асама» должен был «Варяг» затопить: залп «Асамы» в 5 раз превышал залп «Варяга». Представьте, в носовой и кормовой бронированных вращающихся башнях «Асамы» стояло четыре восьмидюймовых (203-мм) орудия. Из четырнадцати шестидюймовых (152-мм) пушек крейсера «Асама» десять защищала броня казематов. Почти вдоль всей ватерлинии корабля тянулся броневой пояс толщиной до 178 мм. «Асама» мог развить скорость в 20,5 узла.

Легкий крейсер «Варяг» не предназначался для боя с таким мощным кораблем. Его пушки не были даже прикрыты щитами. Борта не были защищены броней. Только горизонтальная палуба на уровне ватерлинии была бронированной, что и относило «Варяг» к классу бронепалубных крейсеров.

 Это очень важно. Потому что надо понимать, что шансов на победу в бою даже против одного «Асамы» русский крейсер не имел. «Варяг» был создан для «охоты» на коммуникациях противника и дальней разведки, но для эскадренного артиллерийского боя подходил не очень хорошо

Японская эскадра – 5 легких крейсеров, подобных «Варягу», флагманом был крейсер «Натива». И 8 миноносцев.

И по старому календарю 27 января, то есть 9 февраля по нашему новому стилю, адмирал Уриу передает Рудневу ультиматум. С традиционной японской вежливостью требует покинуть рейд Чемульпо, иначе атакует русских прямо в порту.

Ультиматум Уриу был невероятной наглостью, нарушением всех международных норм. Японцы не имели права совершать нападение в нейтральных водах, блокировать порт нейтрального государства, где стоят корабли других иностранных государств.

Собрались на совет капитаны всех кораблей, стоявших в Чемульпо. И Рудневу предложили капитулировать. Предложил командор Бейли интернироваться под английским флагом. Это означало сохранить жизнь экипажа, сохранить корабль. Но это означало фактически сдаться, выполнив требования японцев. Потому что интернированный боевой корабль и его экипаж до конца войны не смогли бы участвовать в боевых действиях. Американец Маршалл также предложил капитулировать, т.е. сдаться японцам.

Руднев ответил, что ни о какой сдаче речи не может быть, он пойдет на прорыв, какой бы сильной ни была японская эскадра.

Он прекрасно знал о силах японской эскадры, потому что до этого канонерская лодка «Кореец», пыталось выйти из Чемульпо. Японская эскадра ей преградила путь, и даже 3 торпеды были пущены японскими миноносцами по «Корейцу». «Кореец» увернулся, но было ясно, что из Чемульпо русские корабли не выпустят.

«Кореец» это старый был корабль, канонерская лодка, которая была еще с мачтами и с парусным вооружением. Но в китайскую войну «Кореец» один доблестно бился против артиллерии китайских фортов и заслуженно получил почетную награду, которой в Российской империи награждали отличившиеся воинские части – Георгиевские серебряные трубы. Всеволода Фёдоровича Руднева все мы знаем, а командира «Корейца» Григория Павловича Беляева мало кто помнит. Капитан 2 ранга Беляев – настоящий герой, настоящий моряк. «Кореец» вместе с «Варягом» геройски сражался в бою с японской эскадрой. И награждены были и матросы, и офицеры «Варяга» и «Корейца» одинаково Георгиевскими крестами.

Беляев был опытный моряк, и перед боем по его приказу весь деревянный рангоут был срублен. Это сыграло замечательную роль, в «Кореец» японцам не удалось ни разу попасть, потому что они, готовясь к бою пристреливались по силуэту с мачтами, поэтому у вражеских артиллеристов были то недолеты, то перелеты.

Еще раз отметим, что ультиматум Уриу был необыкновенно наглый, дерзкий, и если бы капитаны кораблей-стационаров себя вели по закону морского братства, то они должны были бы проводить «Варяг» в открытое море. Выйти вместе с ним из Чемульпо. Японцы не посмели бы обстреливать русский крейсер, идущий в сопровождении английского, французского, итальянского и американского кораблей.

Но капитаны этих кораблей не решились на такой поступок, зная позицию своих правительств. Позицию откровенно антирусскую. Кстати, англичанин командор Бейли после сражения вел себя вполне по-джентельменски, но он не мог поступить иначе. Англия была не только одной из стран враждебно настроенных к России, но фактически неофициальным участником этой войны, вооружая и финансируя Японию.

Капитаны стационаров, стоявших в Чемульпо ограничились тем, что направили адмиралу Уриу протест, заявив о грубом нарушении международного права, но при этом сообщили, что отойдут в глубину рейда, чтобы в случае, если Уриу атакует русские корабли в порту, их суда не пострадали. Как расценивать такое проявление морского братства, решайте сами.

Естественно, русскому моряку Всеволоду Фёдоровичу Рудневу, благородство и представление о воинской чести не позволили остаться в Чемульпо и подвергнуть опасности нейтральный порт и суда иностранных государств.

Руднев, отвечая, что будет сражаться, о сдаче и интернировании не может быть и речи, не сомневался в поддержке этого решения матросами и офицерами «Варяга», в их верности долгу.

Не сомневался и в моряках «Корейца».

Представители либеральной “прогрессивной” интеллигенции осуждали столь не гуманное решение Руднева. Как, впрочем, осуждают Руднева и нынешние пацифисты.

Потому что интернирование означало разоружение крейсера и сдачу его на хранение в нейтральном порту до конца войны. Команда давала обязательство не участвовать в боевых действиях. А значит, все моряки остались бы живы. И оправдание у них было серьезное: враг в несколько раз превосходил силой, шансов победить и даже уцелеть в бою с японской эскадрой не было.

Но русские моряки посчитали бесчестием фактически сдать, вывести свои корабли из участия в войне, не вступая в бой.

На «Варяге» проходит Военный совет офицеров русских кораблей. Первым высказывался по обычаю младший по званию. На флоте принято, что сначала выступает младший, чтобы на него не давил авторитет старшего по званию. Младшим по званию был 18-летний мичман Алексей, граф Нирод. Его ответ: сражаться с врагом. Единодушно, без малейших колебаний все офицеры заявляют о готовности сражаться до последнего, и при невозможности защищаться и угрозе захвата корабля, взорвать «Варяг». Был отдан приказ мичману Черниловскому-Соколу взорвать пороховые склады при попытке врага захватить крейсер.

Готовится к последнему бою и экипаж «Корейца». Капитан 2 ранга Беляев в присутствии офицеров сжигает все документы и шифры, оставив только вахтенный журнал. Опытный моряк Беляев прекрасно понимает, что шансов победить в бою с японской эскадрой нет. И крюйт-камеры канонерской лодки готовят к взрыву, чтобы «Кореец» не был захвачен врагом.

«Наверх все, товарищи, С Богом! Ура!
Последний парад наступает»

Команда русского крейсера выстраивается на корабле, наступает час последнего парада «Варяга». Руднев говорит свое замечательное слово, простое, без лишних высокопарных выражений.

«Безусловно, мы идем на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть — мы не сдадим ни крейсера, ни самих себя и будем сражаться до последней возможности и до последней капли крови.

Исполняйте каждый обязанности точно, спокойно, не торопясь, особенно комендоры, помня, что каждый снаряд должен нанести вред неприятелю. В случае пожара тушите его без огласки, давая мне знать...

Враг сильнее, но не храбрее нас, а храбрость, как вы знаете, города берет. Помолимся же теперь Богу и смело пойдем в неравный бой за Веру, Царя и Отечество под Андреевским флагом. Ура!»

 В ответ прозвучало раскатистое троекратное громовое «Ура!». Единодушие было полное!

Иеромонах Михаил Руднев (однофамилец капитана) отслужил молебен и благословил команду образом святого Александра Невского. Матросы и офицеры были в парадной форме, с наградами, судовой оркестр играл гимн.

На «Варяге» и на «Корейце» были вольнонаемные. На «Варяге» 2 музыканта и буфетчик, и на «Корейце» был буфетчик. Им предложили сойти на берег и укрыться в консульстве, они же штатские люди, гражданские. Но все они твёрдо отказались. Больные матросы выписывались из лазарета, чтобы стать с товарищами плечом к плечу в этом последнем бою.

10 февраля утром прозвучал горн, звучит команда: «Все наверх, по местам, поднять якоря!».

«Варяг» двинулся к выходу из Чемульпо. Снялся с якоря и пошёл в кильватере крейсера «Кореец», чтобы вступить в последний бой вместе со своим старшим товарищем.

Все иностранные корабли-стационары выстроили свои команды на палубах во фронт. И когда «Варяг» проходил, на нашем крейсере оркестр играл сначала торжественный русский гимн «Боже, царя храни», а затем на «Варяге» должны были играть гимны стран иностранных кораблей, мимо которых он проходил.

Выстроенные экипажи стационаров при проходе «Варяга» мимо их кораблей также играли «Боже, царя храни». Оркестр нашего крейсера отвечал им гимнами их держав.

Итальянец, с палубы крейсера «Эльба», наблюдавший последний парад «Варяга» писал в своем репортаже миланской газете «Матино»:

«”Варяг” и “Кореец” снялись с якоря. “Варяг” шел впереди и казался колоссом, решившимся на самоубийство. Волнение оставшихся иностранных моряков было неописуемое. Палубы иностранных судов были покрыты экипажами; некоторые плакали.

На мостике “Варяга” неподвижно и спокойно стоял его красавец-командир».

Звуки торжественного русского гимна «Боже, царя храни» сопровождали героев, идущих на смерть. Французы, народ эмоциональный, не выдержали, стали бросать вверх береты и фуражки, кричать: «Виват!».

Мы салютовали этим героям, шедшим так гордо на верную смерть».

На всех судах музыка играла русский гимн, подхваченный экипажами. На что на русских судах отвечали тем же величественным и воинственным гимном.

Воздух был чист и море успокаивалось. Подвиг великого самопожертвования принимал эпические размеры».

Все иностранцы, находившиеся в тот день в Чемульпо, писали, что величественный последний парад «Варяга» напоминал о рыцарских подвигах давно ушедшей старины. Все понимали, что русские моряки идут на верную смерть ради чести своей страны, русской чести, чести Андреевского стяга.

Неравный бой. Подвиг русских героев

Очень важно знать, что фарватер, по которому суда выходят из Чемульпо, узкий, длинный, извилистый, изобилует многими отмелями и камнями. Поэтому «Варяг» должен был идти довольно долго, не имея возможности на таком фарватере уклониться в сторону от вражеских снарядов. А японская эскадра его могла расстреливать ещё до того момента, как «Варяг» приблизится и сам сможет ответить врагу. Более мощные дальнобойные орудия «Асамы» это вполне позволяли.

Но адмирал Уриу запоздал с приказом открыть огонь на несколько минут. Почему японский адмирал совершил ошибку? Потому что когда наш корабль выходил, как положено по уставу в виду неприятеля, на «Варяге», как положено в Морском уставе в виду неприятеля взвился Андреевский флаг на гафеле и стеньгах. Это означает, что кораблт готов к бою с неприятелем.

Увидев русские корабли, контр-адмирал Сото Уриу приказал поднять сигнальные флаги с предложением русским сдаться. И “Нанива” выбросила сигнал, предлагая капитулировать на почётных условиях.

Адмирал Уриу, в бинокль наблюдая за русским крейсером, не мог поверить, что на "Варяге" поднят Андреевский флаг. Ведь Андреевский флаг, он же белый, но с голубым крестом. Флаг развевался на ветру, и японский адмирал мог не увидеть Андреевский крест и решил, что наш крейсер сдаётся.

Он спрашивает флагмана, капитана «Нанивы»: «Это белый флаг?». Ему отвечают, нет, русские идут под Андреевским. Уриу не верит своим глазам, переспрашивает: «Это же белый флаг?» Ему отвечают: «Нет, Андреевский».

«Да нет, они же не самоубийцы, это белый флаг». А ему снова отвечают: «Нет, это флаг Андреевский».

И по приказу Уриу японская эскадра открывает огонь, начинается сражение. Когда между противниками было 7,5 км, «Асама» сделал первые выстрелы из дальнобойных 203-миллиметровых орудий. Вскоре его поддержали остальные японские крейсера. Несколько минут Руднев ждал, пока подойдет поближе, наконец открыли огонь и наши канониры.

Первые залпы японцев были пристрелочными. Но вскоре «Варяг» потряс разрыв — снаряд «Асамы» угодил в верхний носовой мостик, перебил фок-ванты и накрыл первый дальномерный пост. Первым погибает Алексей Нирод. Погибли несколько матросов, а 18-летнего мичмана графа Алексея Михайловича Нирода, прекрасного офицера, любимца команды, буквально разорвало на части — после боя удалось найти только его оторванную руку, сжимавшую дальномер.

Открыв ответный огонь, «Варяг» бьёт по «Асаме», бьёт и по крейсеру «Чимодо».

Японские корабли выстроились полукругом, и вся эскадра расстреливала «Варяг» и «Кореец». А «Варяг» идет по длинному узкому фарватеру, он не может пока отклониться, идет прямо.

Чтобы представлять подвиг «Варяга», надо понимать, что «Асама» в 4 раза превышал по мощности залпа наш крейсер, а вся японская эскадра превышала по мощности залпа «Варяг» в 20 раз! А если учесть количество взрывчатки и скорострельность, то специалисты считают, что вражеская эскадра в 50 раз превышала мощность залпа нашего «Варяга».

Отлично знавшие о слабой защите «Варяга» японцы вели огонь фугасными снарядами, которые взрывались не только при попадании в корпус корабля (попаданий было немного), но и при ударе о воду. Осколки от них засыпали незащищённых русских матросов и наносили серьёзные повреждения кораблю.

На один выстрел «Варяга» – 50 выстрелов японских кораблей…

Артиллеристы «Варяга» стрелять умели, хотя до сих пор некоторая публика пытается очернить русских комендоров и усердно повторяет ложь о плохой подготовке русских моряков. И в начале ХХ века таких либеральных “смердяковых” было много. Но и среди современных журналистов-грантоедов да и просто любителей с каким-то болезненным сладострастием очернять собственную страну, таких персонажей немало. И до сих пор они старательно распространяют запущенную японцами ложь о том, что русские якобы ни разу не попали в корабли эскадры Урио.

Первой была накрыта русскими комендорами «Чимода». Японский крейсер-стационар стоявший в Чемульпо, который подленько с погашенными огнями ушёл ночью, оставив рейд и присоединился к эскадре адмирала Урио. И когда началось сражение, его орудия "Варяга" накрыли первыми же залпами. На «Чимоде» вспыхнул пожар, крейсер уклонился, отвалил в сторону, пытаясь укрыться за другими кораблями эскадры, чтобы погасить пожары.

«Варяг» очень доблестно бился и «Асаму» сумел достать. Когда по «Асаме» попали и заметили на японском крейсере черный дым от вспыхнувшего пожара, на «Варяге» раздалось русское «Ура!».  

 Море вокруг нашего крейсера кипело от разрывов японских снарядов. А Руднев вёл «Варяг» прямо на «Асаму», пытаясь все-таки совершить невозможное, прорваться сквозь вражеский строй.

«И стал наш бесстрашный и гордый «Варяг»
подобен  кромешному аду»

Бой был очень тяжелым. Всего час длился, но чтобы представить, что такое этот час, когда каждую минуту японская эскадра выбрасывала по 200 снарядов на «Варяг»!

Японская эскадра, маневрируя, расположилась по дуге, её сторонами как бы обхватив «Варяга». Он оказался в центре этой дуги. Воспользовавшись этим, контр-адмирал Уриу приказал весь огонь сосредоточить на русском крейсере. "Варяг" буквально засыпало снарядами. Вода около его бортов кипела от беспрерывных всплесков. Корабль от многочисленных попаданий и возникших пожаров заволокло дымом.

Представим 200 снарядов в минуту! Не все, конечно, попадали. Но наши комендоры стояли у открытых орудий и их засыпали осколки. Это действительно был ад, не зря в песне о «Варяге» звучат слова: «Свистит и гремит, и грохочет кругом гром пушек, шипенье снарядов. И стал наш бесстрашный и гордый «Варяг» подобен кромешному аду».

Фугасные снаряды рвутся, взрывы сносят прислугу, много раненых, убитых, кровь льётся.

И чтобы стрелять под там огнём ураганным, необходимо большое мужество и стойкость.

В какой-то миг сражения среди команды пронёсся слух, что командир крейсера убит. Осколки снаряда влетели в боевую рубку. Три человека, стоявшие рядом с Рудневым, были убиты на месте. Сам командир крейсера «Варяг» получил ранение в голову, но, несмотря на контузию, остался на посту и продолжал руководить боем.

 Руднев как был, без фуражки, с перевязанной головой, в залитом кровью мундире вышел на мостик, чтобы его увидела команда и крикнул в мегафон:

- Братцы, я жив! Целься верней!

Из оставшихся в строю орудий комендоры продолжали вести огонь по противнику, хотя вся палуба крейсера представляла собой искорёженное железо, залитое кровью.

Однако и в этой обстановке все моряки действовали самоотверженно, храбро и умело.

Раненный в спину рулевой Г.П. Снегирев, истекая кровью, до конца боя продолжал стоять у штурвала.

Ординарец командира крейсера Т.П. Чибисов, раненный в обе руки, не пошёл в лазарет, заявив, что пока жив, ни на минуту не оставит своего командира.

Получивший несколько ранений машинист С.Д. Крылов подавал снаряды из порохового погреба до тех пор, пока не потерял сознание.

Тяжелораненый плутонговый командир мичман П.Н. Губонин отказался идти на перевязку и продолжал командовать своими подчинёнными, пока не потерял сознание.

Мичман Черниловский-Сокол, начальник палубного дивизиона, грамотно и решительно руководил тушением пожаров, которые один за другим вспыхивали на крейсере. Матрос 1 статьи Варфоломей Макаровский, осуществлявший подачу снарядов, раненный в лицо, не покинул своего поста.

Обожжённый газами старший комендор Прокопий Клименко продолжал в одиночку вести огонь из своего орудия.

Во время боя священник Михаил Руднев под огнем переходил по палубе с места на место с крестом в руках и молитвой, добрым словом утешал и воодушевлял воинов, духовно укреплял раненых.

А в этом аду невозможно было не получить ранение. Все вели себя с беспримерным мужеством: раненые не шли на перевязку или, получив помощь, снова бросались к орудиям.

У флага стоит всегда часовой. Стоял на посту у кормового Андреевского стяга боцманмат Петр Оленин. На нём осколками была во многих местах пробита роба, вся форменная одежда изрешечена, разбит осколком приклад его винтовки. А в карауле у флага часовой стоит неподвижно. Во время боя это очень опасное место. Но Оленин не был ранен ни разу, хотя вся форма матроса была продырявлена осколками. Когда у кормового флага был перебит осколками фал и флаг упал, его немедленно вновь подняли, чтобы ни на минуту противник не подумал, что Андреевский флаг спущен. Оленин и поднял флаг.

Комендоры «Варяга», помня наказ Руднева, действовали мужественно и умело.

От меткого огня русских артиллеристов загорелся крейсер «Чимода». Пылая от носа до кормы, он начал поспешно уходить, укрываться за другие корабли.

Точными попаданиями артиллеристы «Варяга» разрушили кормовой мостик «Асамы», вывели из строя его кормовую башню, вызвали на нём пожар.

И «Наниву», флагман, японский крейсер, на котором Уриу находился, «Варяг» сумел накрыть залпом. «Нанива» загорелась, тоже стала отваливать в сторону.

Под градом снарядов «Варяг», охваченный пожарами, направился на «Асаму», попытался идти на таран напрямую, и «Асама», как и «Чимода», начала маневрировать, отваливать в сторону. Японский строй расходится. Но японцы продолжают вести сокрушительный ураганный огонь. И вражеские снаряды наносят серьёзный урон нашему крейсеру.

На «Варяге» последними попаданиями японских снарядов были выведены из строя более половины орудий, отказало рулевое управление, через пробоины ниже ватерлинии внутрь корабля хлынула вода. Но самое страшное, «Варяг» с отказавшим рулевым управлением стало относить на мель у острова Идольми.  Крейсер накренился на левый борт, что мешало вести огонь исправным орудиям.

Наш крейсер неуправляем, и вся японская эскадра спокойно, как мишень, расстреливала корабль, который не мог двигаться и маневрировать.

Избиваемый снарядами, накренившийся «Варяг» с горящей кормой был обречён.

На корабле было уже несколько пробоин в подводной части корабля, моряки заводили пластырь под огнём. Вся команда крейсера действовала героически.

И тут произошло чудо. То ли от ударов снарядами, то ли от работы винтов, крейсер неожиданно сошёл на глубокую воду.

«Варяг» медленно-медленно, работая машинами, сполз с мели и стал разворачиваться. Развернувшись, русский крейсер, отвечая огнем неповреждённых орудий левого борта и кормовых орудий, начал отход.

Японцы пытались его добить, но тут на помощь пришел «Кореец». До этого дальнобойность орудия канонерской лодки не позволяла достать вражеские корабли. Но когда японцы бросились добивать «Варяг», они оказались в зоне действий орудий «Корейца». Моряки на «Корейце» потопили миноносец, который направился в торпедную атаку на крейсер. Накрыли японский миноносец одним залпом, он затонул, снова досталось и «Чимоде». «Кореец» очень храбро бился, маневрируя закрывал израненный «Варяг», отвлекал огонь на себя.

Вспомним, что канонерская лодка «Кореец», был старый корабль, еще с мачтами и с парусным вооружением. Капитан второго ранга Григорий Павлович Беляев перед боем приказал срубить весь деревянный рангоут. И в «Кореец» японцам так и не удалось ни разу попасть. Они ведь готовились вести огонь по силуэту с мачтами, поэтому были недолёты и перелёты.

Когда на «Варяге» вышло из строя рулевое управление, стало ясно, что корабль дольше сражаться не может. И Руднев решил вывести крейсер из зоны огня и возвратиться в Чемульпо, попытаться устранить повреждение. «Кореец» последовал за ним.

«Асама» к тому времени отвалил, вышел из боя. Японский крейсер «Такачихо» получил от «Корейца» и тоже отвалил в сторону. Японцы отошли зализывать раны, а «Варяг» вернулся в Чемульпо.

Израненный, но не побеждённый «Варяг» вернулся в порт, чтобы сделать необходимый ремонт и снова идти на прорыв. Однако крейсер кренился на борт, машины вышли из строя, большинство орудий было разбито.

На крейсере 1/3 команды либо убита, либо тяжело ранена, 2/3 команды просто с легкими ранениями, рулевое управление не восстановить, подводные пробоины и большинство орудий выведены из строя.

Во время боя, продолжавшегося в течение одного часа, «Варяг» выпустил по врагу 1105 снарядов, «Кореец» – 52 снаряда. После боя подсчитали потери.

На «Варяге» из экипажа в 570 человек было 122 убитых и раненых. Убиты были 1 офицер и 30 матросов, ранены – 6 офицеров и 85 матросов. Кроме того, было легко ранено более 100 человек.

Исправить рулевое управление и повреждения большинства корабельных орудий было невозможно. И Руднев принял решение снять команды с кораблей, крейсер затопить, а канонерку взорвать, чтобы они не достались врагу. Совет офицеров поддержал своего командира.

На Варяге открыли кингстоны, и крейсер был затоплен.  Взорвать крейсер нельзя было, пострадали бы иностранные корабли. Канонерская лодка «Кореец» была повреждена двумя взрывами и также затоплена.

Капитан «Варяга» Всеволод Фёдорович Руднев последним покинул корабль, унося с собой вахтенный журнал и изрешеченный осколками кормовой флаг. «Варяг» погружался под воду, последним скрылся в волнах развевающийся на мачте гордый Андреевский флаг. 

Экипаж «Варяга» и «Корейца» разобрали и на шлюпках отвезли к себе англичане, итальянцы, французы, они оказывали помощь раненым. Виктор Сенэ вспоминал, что когда вступил на палубу «Варяга», зрелище было ужасающее: палуба была залита кровью, куски разорванных тел, искорёженное железо, следы пожаров. «Это был подвиг невиданного мужества», – говорил Виктор Сенэ.

Интересно, что американец Маршалл не прислал шлюпку, в отличие от французов, англичан, итальянцев. И Виктор Сенэ через сигнальщиков флагами, значками и по радиотелеграфу объяснил на все Чемульпо, что он думает о Маршалле и американцах. После этого с американской канонерки шлюпку прислали, но Руднев отказался от их помощи.

«Мы пред врагом не спустили славный Андреевский стяг,
сами взорвали «Корейца», нами потоплен «Варяг»

Японцы никогда не считали бой с «Варягом» своей победой. Японская эскадра превышала по мощи залпа русский крейсер в 20 раз. Адмирал Уриу  старался об этом сражении не вспоминать.

И, действительно, какая же победа, если имея 50-кратное превосходство в мощи залпа, 14 вымпелов против 2 кораблей, не суметь их потопить, да ещё и понести чувствительные потери?

Даже в таком неравном бою японцы понесли урон от русского огня. Вообще японцы врут беспардонно. Они утверждают, что наши ни разу не попали в японские корабли. А эту ложь, как попугаи, повторяют наши либералы. Вопреки утверждениям японцев, меткий огонь с «Варяга» принёс свои результаты: серьёзные повреждения получили японские крейсеры «Асама», «Чимода», «Такачихо». Когда «Асама» приблизился к «Варягу», пытаясь его добить, он получил самое серьёзное повреждение.

Смертельно раненый «Варяг» бился до последнего, на «Асаме» были разбиты капитанский мостик, кормовая башня с 8-дюймовыми орудиями. «Асама» получил столь тяжелые повреждения, что до конца боя больше не открывал огонь.

Был потоплен японский миноносец, крейсер «Асама» поставили на полгода на ремонт в док. Англичане, увидев крейсер «Такачихо» после сражения, решили, что он не доберется до берега и посчитали его потопленным.

А японская эскадра, несмотря на огромное превосходство, так и не смогла ни потопить, ни захватить гордый «Варяг».

Не зря в песне русского автора, стихи и слова Репнинского, звучат такие слова: «Мы пред врагом не спустили славный Андреевский стяг, сами взорвали «Корейца», нами потоплен «Варяг»».

Французский писатель, оказавшийся тогда в Чемульпо, написал, что Европа с рыцарских времен такой доблести не видела, как в сражении «Варяга» с японской эскадрой.

Экипажи «Варяга» и «Корейца» прибыли в Россию. Их торжественно встречали в Одессе, потом в Москве.

А в Петербурге войска были выстроены для встречи героев. Поезд на Николаевском вокзале встречали высшие военно-морские чины, была установлена триумфальная арка. Процессия пешком шла от вокзала до Зимнего дворца, весь Невский проспект был заполнен толпами горожан, осыпавших героев цветами. Впереди шли офицеры, следом нижние чины. Экипажи «Варяга» и «Корейца» парадным маршем шли в Зимний дворец. На Дворцовой площади героев лично встречал Государь император. Государь принял рапорт, обошел строй и поздоровался с моряками «Варяга» и «Корейца». После приветствия они прошли торжественным маршем и проследовали в Георгиевский зал, где состоялось богослужение. Для нижних чинов в Николаевском зале накрыли столы. Вся посуда была с изображением Георгиевских крестов.

В концертном зале накрыли стол с золотым сервизом для высочайших особ. Морякам были приготовлены специальные обеденные приборы, которые после торжества были им отданы. Всем матросам «Варяга» в подарок от Николая II были вручены именные часы.

Экипажи «Варяга» и «Корейца» были отмечены высокими наградами: матросы награждены георгиевскими крестами, а офицеры — орденами Святого Георгия 4-й степени. Капитан 1 ранга В.Ф. Руднев был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени, чином флигель-адъютанта и назначен командиром 14-го флотского экипажа и строившегося в Петербурге эскадренного броненосца «Андрей Первозванный». Была учреждена медаль «За бой "Варяга" и "Корейца"», которой были отмечены все участники боя.

Священник крейсера «Варяг» иеромонах Михаил (Руднев) был награжден золотым крестом на георгиевской ленте — «За отличное мужество и самоотверженное поведение, проявленное в бою 27 января. Была выбита памятная медаль в честь боя и «Варяга» и «Корейца». В воспоминаниях матроса «Варяга», он рассказывает, как все были тронуты – за чаепитием во дворце царевны, царские дочери сами подавали чай простым матросам.

Для лакея нет героя. Лакею не обяснить смысл подвига

Адмирал Уриу старался не вспоминать, забыть об этом сражении. И в Японии никогда не считали бой с «Варягом» и «Корейцем» своей победой.

Японцы утверждают, что потерь у них не было, «Варяг», якобы ни разу не попал в японские корабли. Не признавать свои потери – это вполне в японской традиции. Об этом знают все военные историки.

Но о меткой стрельбе русских комендоров свидетельствуют иностранцы. Итальянские офицеры и англичане утверждают, что видели, как в ходе боя на «Асаме» был большой пожар, сбит кормовой мостик, взрыв. И большой пожар видели ещё на одном японском крейсере. Видели, как был потоплен миноносец. Именно англичане, увидев, какие тяжёлые повреждения получил «Такачихо», решили, что крейсер непременно затонет по пути в Сасебо. Иностранные источники сообщили, что японцы свезли на берег 30 убитых и до 200 раненых. А «Асаму» вынуждены были поставить на длительный ремонт. И долго стоял на ремонте в доке «Чимода».

Но почему ложь о том, что русские стреляли «в молоко» с таким удовольствием повторяют российские либералы, пытаясь очернить подвиг русских моряков? Это легко объяснить:

«Ни один человек не может быть героем для лакея. Не потому, что герой — не герой, а потому что лакей — только лакей».

Как же точно сказал об этой публике немецкий философ Георг Гегель!

Это понимали иностранцы, свидетели подвига русских моряков. Восхищенный мужеством русских героев, немецкий поэт написал знаменитую песню.

И японцы оценили мужество русских моряков. После войны, сумев поднять затопленный крейсер «Варяг», они обучали на нём своих гардемаринов. И каждый день для будущих офицеров японского императорского флота начинался со слов «Вы находитесь на палубе героического русского корабля, моряки которого показали, как надо сражаться за своего Царя, за свое Отечество».

Некоторые “знатоки” упрекают Руднева в том, что он не взорвал, а затопил корабль и крейсер сумели поднять японцы. Но 9 февраля 1904 года никто не мог и предположить, что война неудачно сложится для России.

В 1916 году мы выкупили «Варяг» у Японии. Крейсер должен был пройти ремонт в Англии. Но после революции британцы не вернули корабль России. А в 1922 году продали его на металлолом.

И всё-таки героический крейсер погиб смертью, достойной боевого корабля. «Варяг» не стал металлоломом. Во время транспортировки поднялся шторм, корабль выбросило на скалы у берегов Шотландии, и крейсер затонул.

Памятник представляет собой трехметровый бронзовый православный крест, на котором изображены крейсер и Андреевский флаг.

Можно сказать, что отцу Михаилу (Рудневу) даже повезло в советский период. Образ священника с наперсным крестом не вымарывали из групповых фотографий офицеров легендарного корабля в советской печати. И в фильме «Крейсер "Варяг"» он изображён с явной симпатией. В кинокартине священник, названный отом Паисием (его эпизодическую роль играл известный актер Николай Николаевич Бубнов), как раз проводит молебен, призывая моряков сражаться мужественно и умело, и его слова поддерживает командир корабля.  

В фильме есть один замечательный эпизод. Уже прозвучал японский ультиматум. Крейсеру «Варяг» предстоит сражение с японской эскадрой.  Моряки готовятся к предстоящему на следующий день бою: кто подшивает, наглаживает форму, многие пишут прощальные письма родным, и все поют «Степь да степь кругом...». Песня о двух ямщиках, один из которых, умирая, просит другого передать его жене обручальное кольцо и сказать "слово прощальное", а родителям — поклон. Вот и моряки без суеты и по-русски, без пафоса готовятся на следующий день умереть за Россию. Офицер под диктовку неграмотных матросов пишет письма их родным. И шутя говорит одному из матросов: «Ты, братец, уже всей волости поклоны передал, на уезд превалил». На что матрос серьёзно отвечает: «А я, ваше высокородие, всей России кланяюсь… придётся ли ещё?»

И молодой красавец-офицер Русского императорского Флота, задумавшись о словах матроса, подхватывает прекрасным сильным голосом вместе с матросами русскую народную песню.

Фильм 1946 года «Крейсер “Варяг”» – настоящий шедевр нашего кинематографа. Сегодня ничего подобного создать не удастся, даже используя все достижения компьютерной графики. А в 1946-м только отгремела Великая Отечественная война и кинематографисты, снимавшие «Крейсер “Варяг”» были частью великого народа, победившего в Священной Великой Отечественной войне. И лица офицеров и моряков в кинокартине – это лица тех же русских моряков и солдат, что сражались с японцами, а затем германцами в начале ХХ века, а в 1945-м водрузили Знамя Победы в поверженном Берлине и в считаные недели разгромили Квантунскую армию и освободили от японских оккупантов Корею и Китай.  

На примере подвига «Варяга» воспитывались моряки всех поколений Советского Союза и России. Примером самоотверженной любви к Родине является подвиг моряков «Варяга» и «Корейца» для молодых людей и в наши дни. Подвиг этот бессмертен.

Капитан на корабле – единоличный начальник, и Руднев действовал так, как был воспитан, в традициях Русского флота: никогда не спускать Андреевский флаг. Эти слова были в Морском уставе императора Петра Великого. И русский Андреевский никогда не спускали. Не зря в песне на гибель «Варяга» («Плещут холодные волны») есть такие слова: «Миру всему передайте, чайки, печальную весть, в битве врагу не сдалися, пали за русскую честь». Вот эта русская честь и честь Андреевского флага были священными не только для Всеволода Фёдоровича Руднева, но и для каждого матроса на «Варяге».

Завершился 2025 год, год 80-летия Великой Победы, год Защитников Отечества. И нам снова приходится вести войну с нацизмом, с коллективным западом, поставившим задачу нанести России стратегическое поражение, а затем расчленить нашу страну. В начале ХХ века за Японией стоял мировой интернационал ростовщиков, банковские дома Варбургов, Шиффов и пр. В ХХI веке за поджигателями войны стоят хозяева могущественных транснациональных компаний. И вновь наши враги надеются на то, что им удастся разжечь в России внутреннюю смуту.  Но Победа будет за нами! Об этом свидетельствует история Великой России.

На Бородинском поле установлен памятник, кажется, конно-артиллерийской бригаде. На нём такие слова:

«Доблесть родителей – наследие детей. Все тленно, все преходяще, только доблесть никогда не исчезнет, она бессмертна».

Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»
(автор Рудольф Грейнц, пер. Е.М. Студенская)

Наверх, вы, товарищи, все по местам,

Последний парад наступает.

Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»,

Пощады никто не желает!

Все вымпелы вьются, и цепи гремят,

Наверх якоря поднимая,

Готовятся к бою орудия в ряд,

На солнце зловеще сверкая!

И с пристани верной мы в битву идём,

Навстречу грозящей нам смерти,

За Родину в море открытом умрём,

Где ждут желтолицые черти!

Свистит и гремит, и грохочет кругом.

Гром пушек, шипенье снарядов,

И стал наш бесстрашный и гордый «Варяг»

Подобен кромешному аду.

В предсмертных мученьях трепещут тела,

Гром пушек, и шум, и стенанья,

И судно охвачено морем огня,

Настали минуты прощанья.

Прощайте, товарищи! С Богом, ура!

Кипящее море под нами!

Не думали, братцы, мы с вами вчера,

Что нынче умрём под волнами.

Не скажет ни камень, ни крест, где легли

Во славу мы Русского флага,

Лишь волны морские прославят одни

Геройскую гибель «Варяга».

1904