Важнейшие события в истории национальной культуры всегда по-своему символичны. Историю русской словесности начинает «Слово о Законе и Благодати» митрополита Илариона, по-видимому, прозвучавшее либо перед пасхальной утренней службой, либо же в первый день Пасхи. Таким образом, пасхальная по своему духу проповедь является одновременно и истоком русской художественной литературы как таковой. Этот факт еще не осмыслен в должной мере, считает автор радиоцикла доктор филологических наук И.А. Есаулов. В этой передаче он продолжает размышления о значении «Слова» для древнерусской словесности, а позднее - всей отечественной классической литературы как одной из основ русского сознания. Годовой литургический цикл ориентирован как раз на события жизни Христа. Главными из них являются Его Рождение и Воскресение. Если в западной традиции можно усмотреть акцент на Рождество (и соответственно говорить о рождественском архетипе), то в традиции Восточной Церкви Воскресение остается главным праздником в общекультурном плане, что позволяет автору «Бесед о русской словесности» сделать вывод о наличии особого пасхального архетипа и его особой значимости для русской культуры. Центральная для митрополита Илариона ценностная оппозиция Закона и Благодати не только намечена в первой же пасхальной литургии, поскольку первое евангельское чтение в пасхальную ночь - начало Евангелия от Иоанна, но существенно также, что это чтение завершается как раз семнадцатым стихом, в котором сопоставлены Закон Моисея и Благодать Христа. Первый стих Евангелия от Иоанна «Въ начале бе Слово, и Слово бе къ Богу, и Богь бе Слово» и семнадцатый: «Яко законъ Моисеомъ дань бысть, благодать (же) и истина Иисусъ Христомъ бысть» вошли в сознание православного человека как апофеоз пасхального торжества.