Братство "Радонеж" Группа СМИ «Радонеж» Контакты

Текстовые версии передач

Все материалы

Революция как механизм слома традиционного общества

07.11.2017 11:23

Революция как механизм слома традиционного общества

Революция как механизм слома традиционного общества

Революция - это не "локомотив истории", и не "экспресс развития", и даже не "способ выхода из состояния кризиса". Революция - это машина, которая перемалывает всё связанное с традиционным обществом - веру, Церковь, монархию, семью, национальность, человечность... В эфире программа "Между храмом и библиотекой. Мнение историка". У микрофона доктор исторических наук Д.М. Володихин.

- Здравствуйте, братья и сестры! Передача наша выходит в эфир накануне печальнейшего события в русской - столетия октябрьского революционного переворота - не к ночи будь помянут. Поэтому я сейчас в сласть себе и надеюсь - вам поругаю революцию. Когда-то в советское заскорузлое, серпасто-молоткастое время нам говорили, что революции - это экспрессы развития, локомотивы истории, некие прорывы в будущее, некие способы принципиально изменить социальную реальность, чтобы достигнуть лучшего качества, на худой конец – выход из кризисного состояния. На мой взгляд - ни то, ни другое, ни третье, ни четвертое. Революция – это, прежде всего, инструмент слома традиционного общества. Что такое традиционное общество? Это общество, живущее - нельзя сказать, по заветам предков – нет, это слишком просто. Тут другое. Всякий исторический народ, к числу которых относится и русский – мы с вами, создает собственными трудами свою высокую культуру. На вершине этой культуры сияет звезда сверхценности, которая освещает весь народный путь и которой этот самый народ готов доверять свою жизнь, свою судьбу, свои чаяния. Для нас это, разумеется, христианство, православие. И внутри этого тандема – народ, создающий высокую культуру и сверхценность, которая сияет над ним - устанавливаются отношения жертвенного служения. Народ не только создает высокую культуру, не только усваивает веру, он еще и каждый день должен быть готов работать на благо этой сверхценности, в рамках идеалов, установленных ею. В случае войны он должен быть обязан ее защищать. В случае, если мы говорим о творческих людях внутри народа – то значит - творить во имя этой сверхценности. Это значит, что человек внутри этой цивилизации, созданной историческим народом, в данном случае – русской цивилизации, должен быть пронизан чувством русскости, православия. Каждый день ходить по городу, трудиться, разговаривать с друзьями, знакомыми, с родней, постоянно держа в кармане складной метр своей веры. Это очень важно.

Традиционное общество – как правило, общество монархическое. Или стремящееся к этому состоянию. Потому что когда-то Господь Бог установил монархию в качестве такого государственного строя, который является послаблением для человеческих недостатков, для человеческих слабостей. Изначально было самое лучшее из всех возможных способов управления – прямое управление Бога людьми. Но впоследствии для людей это оказалось слишком тяжело, и им был дан царь. И вот внутри цивилизации существуют отношения честной службы. Эта честность должна быть в каждом действии, в каждом слове. Внутри традиционного общества сама традиция есть то качество, при котором народ работает, творит, служит, развивается, воюет даже, постоянно держа в уме сверхценность, православие, христианство. Это вовсе не традиция заедать водку в пост солеными огурчиками, и не традиция использовать перья на шляпах. Это нечто очень глубокое, становой хребет цивилизации. Если у людей исчезает вера – у всей цивилизации пропадает смысл, если у людей пропадает желание ради этой веры возможность и желание трудиться, воевать, творить – тогда, считайте, у цивилизации перебит хребет. В принципе для традиционного общества характерно понимание того, что всякое продвижение, всякое возвышение должно быть результатом честного труда. В принципе, по-нормальному, военачальник может стать генералом или адмиралом, если он прошел множество различных ступеней, воевал, добивался каких-то успехов. Он может стать профессором или академиком, если он в науке сделал нечто принципиально новое, фундаментальное. Он может удостоиться народной славы как артист, если он создал нечто прекрасное. Он может просто хорошенько заработать, если он хорошенько трудился. То-есть, в общем, честное повышение по службе, честные деньги, честная слава – все добыто честным трудом.

Антитрадиционное общество – то, которое запускает революции уже несколько веков, со времен с XVII века, со времен так называемой английской революции – оно имеет совершенно другие идеалы. В конце концов, как ни копайся в истории антитрадиционных обществ – мы натыкаемся на власть денежного мешка и стоящую за этой властью службу главному оппоненту Господа Бога. Иными словами, в этой власти денежных мешков всегда на глубинном дне обнаруживается нечто бесовское, служба мамоне, честно говоря. Стремление антитрадиционного общества разрушить традиционное сродни стремлению узурпатора, какого-то очередного Лжедмитрия - самозванца добиться престола, который занимает законный государь, свергнуть законную власть. Уничтожить ее и заменить властью самозваной, которая происходит просто-напросто из желания освободиться от сложностей и трудностей честного традиционного общества. В качестве примера приведу Венецианскую республику. На протяжении многих столетий она принадлежала Византии, Константинопольской империи, подчинялась ее императору много-много веков. Состояние Венеции было близко к идеальному, для нее власть императора не была тяжелой обузой. Но когда республика освободилась – она отплатила своим сюзеренам, Константинопольским императорам, самым жестоким образом. Ведь это венецианцы стали организаторами IV Крестового похода, разгрома Константинополя, уничтожения – вернее, раздробления империи ромеев. Иными словами, эта злоба, вражда антитрадиционного общества к традиционному – она имеет инстинктивный характер, ее порой нельзя объясннть рационально.

В следующем году мы будем отмечать столетие со дня смерти – точнее, истребления Царской семьи: Николая II, его супруги, детей, родственников, святой Елизаветы Федоровны, и так далее. Скажите мне: почему их убили? Может, потому, что большевики боялись, что из них сделают боевые знамена монархии? Ну, во-первых, далеко не из всех убитых можно было их сделать. Некоторые никак не могли претендовать на власть в стране. С другой стороны - в войсках Колчака было не так уж много монархистов. И наконец, последнее. Был ведь вариант: увезти их куда-нибудь в центр страны, если не освободить, не отправить за рубеж, то хотя бы оставить их жить в заключении? Но нет, надо было убить. Дело здесь, на мой взгляд, в инстинктивном характере ненависти к традиционному обществу и ко всему, что его символизирует: власти монарха, Церкви, которой не давали жить на всем времени существования советской власти – уничтожали, выжигали, как это было с конца 20-х до середины 40-х годов. Иногда на время отпускали погулять, как это было с 1943 года на протяжении нескольких лет. Но в принципе советская власть была враждебна церкви всегда.

Конечно, это тоже результат определенного инстинктивного наполнения деятельности антитрадиционного общества. Таким образом оно проводит революцию. В сущности, у него есть только два инструмента, чтобы запустить этот механизм, механизм слома традиционного общества. Первый из них – это подкуп. Поскольку я уже говорил, что антитрадиционнное общество есть власть денежных мешков, средств, чтобы подыспортившуюся, подгнившую элиту традиционных обществ подкупить - может вполне хватить. И для, например, России, наличие военно-политической элиты, которая не имела твердой почвы под ногами, которая пользовалась старинными связями и опиралась на землевладение, не требующее обязательной службы государству – наличие такой элиты - оно представляло собой одну огромную уязвимость в системе обороны традиционного общества. Ну, а второй момент – это инструмент соблазна. Понимаете, какая вещь? Представьте себе, что в этой жизни вы ведете себя как нормальный, честный человек. Я уверен, что все слушатели «Радонежа» таковыми и являются. Вы работаете, вы заботитесь о своей семье. Если вам надо развиваться – получаете знания. Если вы на службе – вы в строю. Если вы писатель - пишете книги, если вы спортсмен – вы тренируетесь. И вам говорят: «Знаете, а ведь можно ничего этого не делать, а получить то, о чем вы мечтаете - высокое звание, высокий чин, необыкновенную славу, большие деньги просто по щелчку пальцев. И вот именно этот соблазн, соблазн избавления от честной тяжелой работы - он и есть главный в запуске того механизма революции, который практиковали антитрадиционные общества. Давайте посмотрим, каким образом соблазнена была Россия в 1917 году. В сущности, уничтожение монархии происходило на фоне развращения армии. В 1916 году русская армия наступала. Был великолепный Луцкий прорыв, было наступление Турции, взятие Эрзерума и Трапезунда. Была возможность, накопив силы, это наступление продолжить в 1917 году. В России считали, что вот, наступает год последнего усилия, когда Германия и Австро-Венгрия, подрубленные у корней своих, рухнут под ноги коалиции победителей. Но солдатам внушили, что война слишком тяжела. Что все, не стоит больше терпеть, принимать на себя тяготы, рисковать своей жизнью кормильца семьи, надо дезертировать, надо перестать подчиняться, надо обратить штык против тех, кто тебя отправляет на войну. А с немцами – да, конечно. Они формально враги. Но если побрататься, то война для тебя кончится.

Что получилось? А получилось, что не только по Брестскому миру Россия потеряла большую часть территории, но и по Рижскому миру тоже. Кроме того, Россия воевала на фронтах Гражданской войны аж до 1922 года. Истекала кровью, воевала с Польшей. Воевала с собственными национальными окраинами. И миллионы людей погибли на фронтах, от голода, недоедания, различных болезней, антисанитарии. Миллионы других эмигрировали. Вот, подумайте, какой вариант лучше: претерпеть, достоять войну до конца- ту самую первую мировую, которая породила миллионы дезертиров в наших войсках, которая, несмотря на все героические усилия и победы на фронтах, закончилась для России не победой, а достаточно печально. Или продолжать и терять, терять, терять на протяжении еще нескольких лет миллионы людей? Что же получается? А получается то, что этот соблазн – обман, и даже те, кто пошел на сотрудничество с новой властью, соблазнившись либо деньгами, либо возможностями избавления от тягот – это самый большой соблазн традиционного общества – они все подчистую были обмануты. Скажите, куда делись те самые офицеры Генерального штаба и офицеры чином пониже, которые пошли на сотрудничество с советской властью, с Красной армией? Те из них, кто пережил Гражданскую войну – были истреблены фактически подчистую или с небольшими исключениями в 30-е годы. Они, конечно, должны были понадобиться Советской армии в 1941 году. Они очень были нужны, и их очень трудно было заменить. Их когда-то обманули, использовали - а теперь их нужно было уничтожить. Их нельзя было оставить в живых, офицеров и генералов, которые помнили, каким было традиционное общество, какой была армия, какими были отношения между людьми, какими были отношения между офицерами и солдатами. Эта ядовитая для нетрадиционного советского общества память должна быть истреблена, сама эта память страшна. Поэтому-то их ставили к стенке, нужны они - не нужны. А инженеры, специалисты, производственники, которые могли управлять производством? Они очень были нужны в эпоху индустриализации. Но давайте вспомним дело Промпартии, Сколько их загубили по совершенно фиктивным, сумасшедшим обвинениям! Почему? Потому, что они носители память о традиционном обществе, где все было иначе, и все было устроено по-человечески, а не по-зверски, по-сатанински. Дело не в том, нужны они или не нужны, строят они какие-то заговоры или не строят, фрондируют или помалкивают. Просто они старые спецы, и потому им - смерть. Я уже не говорю о работящей, наиболее трудовой, умелой, искусной в работе верхушке нашего крестьянства. По одним только официальным данным советской статистики 381 тысяча семей попала под карающий молот в эпоху коллективизации. Мы даже не учитываем здесь тех, что погибли. Тех, что были отправлены в лагеря, в ссылку, где в тяжелейших условиях огромными массами умирали. Те люди, без которых крестьянство ослабело и перестало давать ту высокую трудовую отдачу, которая была естественной и нормальной в предыдущие времена. Но эти-тоже из старых времен, в них тоже заложена родовая память. Поэтому не нужно видеть в революциях какие-то локомотивы истории, паровозы, тепловозы, ракеты ускоренного развития. Ничего подобного! Революция – это механизм слома традиционного общества, никак иначе. Революция уничтожает все высококультурное, человечное; все то, что тяготеет к честному труду; все то, что тяготеет к вере внутри общества. Выжигает, заравнивает, бетонирует, чтобы не поднялось, не ожило. Вот что такое революция.

И как только вера и традиции будут оживать, где бы это ни было – в России, в Латинской Америке, Европе - где угодно – везде будет вновь запускаться механизм революции. Ну, хорошо, мы уже на все это насмотрелись и можем, получив этот невероятно дорого стоивший нам урок, разобраться, куда нас и кто толкает, на какие социальные катаклизмы и очистительные действия пытаются повести русский народ в наши дни. Если кто-то тащит вас на улицу – пожалуйста, сбросьте его с балкона. Революции в вашем дворе не будет.

Благодарю за внимание.

Другие статьи автора

Дорогие братья и сестры, радио и газета «Радонеж» существуют исключительно благодаря вашей поддержке! Помощь

Рейтинг@Mail.ru Яндекс тИЦ Каталог Православное Христианство.Ру Электронное периодическое издание «Радонеж.ру» Свидетельство о регистрации от 12.02.2009 Эл № ФС 77-35297 выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций. Копирование материалов сайта возможно только с указанием адреса источника 2016 © «Радонеж.ру» Адрес: 115326, г. Москва, ул. Пятницкая, д. 25 Тел.: (495) 772 79 61, тел./факс: (495) 959 44 45 E-mail: [email protected]